– А теперь открой ротик пошире, – и мужчина заставил меня принять в рот его яйца. – Давай, лижи.

Я сделала все так, как требовал он. Лизнула, пососала. Услышала, как шумно выдохнул он.

– Хорошо, – хмыкнул он, дергая за волосы. – А теперь главное. Проверим насколько глубоко я смогу воткнуть в твой ротик член. Открывай.

А вот этого я испугалась. Он слишком большой, чтобы там поместиться. Я дернулась, но мне не позволили отползти вновь. Пришлось открыть рот и ждать, пока он пропихнет вперед член, помогая себе второй рукой, а первой надавливая на затылок. Я задохнулась от переполнявшей тесноты. Толстый, твердый, он заполнял меня целиком, и это еще не вошел даже на треть.

– Да, с глоткой не поиграем, – рыкнул он, выдергивая член наружу, – задохнешься. Но поверь, это дело практики. Даже малехонький ротик можно разработать, – и толкнулся снова.

Он не входил в мой рот глубоко или надолго. Я покорно держала его открытым, лизала, втягивала в себя, хотя губы онемели. Мышцы почти свело судорогой. Но он продолжал контролировать меня. Не позволял закрыть рот, свести челюсти. И мне дали ясно понять, что я не имела права его укусить. Нельзя. Он не разрешал. Он угрожал.

Мужчина помогал себе, работая рукой, ритмично двигая по стволу. А я ждала, когда это все закончится. Еще чуть-чуть. Немного подождать, и вернусь к себе. Закроюсь в комнатушке, сжимая в руке деньги. И забуду то, как перед моим лицом то и дело появлялась властная рука мужчины. И как на безымянном пальце переливался в искусственном освещении перстень.

Мужская печатка."

"Грубая, крупная. С символом. Я попыталась рассмотреть кольцо. Семейная реликвия? Сфокусировала зрение, лишь бы не чувствовать, как с каждым толчком мой рот переполнялся. Как я задыхалась, боролась с приступом удушья, с рвотными позывами. А он продолжал, двигался, ускорял темп.

– Еще чуток, малышка, – сипло прошептал мужчина. – Проглоти все, и не смей выплевывать.

Неужели он говорил о том самом?! Я испугано сжалась, но продолжала ждать. Секунду, минуту. Я не считала времени. Но продолжала смотреть на кольцо, когда горла коснулась теплая жидкость. Ударила, заставила задохнуться. Я попыталась дернуться, отпихнуть его от себя. Он не позволил.

– Сказал же, чтобы ни капли не проронила, – зарычал, удерживая за волосы и давя на затылок.

И я проглотила. Терпкая, густая. Непонятный, странный вкус. Но я запомнила его. И казалось, буду ощущать во рту всегда.

– Хорошая девочка. Но все-таки капелька осталась. Оближи.

Мужчина покинул мой рот и наблюдал, как я, борясь с подступившим к горлу тошнотворным комом, проглотила его сперму. Облизнула губы. И посмотрела на его член. Все такой же огромный и не потерявший твердости. Готовый к продолжению.

– Вот здесь, – и он ткнул пальцем в головку.