Да ладно, цветок? Правда переживала? За меня? Сначала включала холодную и безразличную стерву, а сейчас вмиг стала нежным и ласковым котенком? Хорошо притворялась, Алёна. Достоверно.

– Езжай домой. Как немного очухаюсь и приду в себя, заеду. Ты сейчас все равно ничем не поможешь. Мне нужно отлежаться.

– Ты приехал на мотоцикле? – спрашивает Алёна. – Это твой стоит во дворе?

– Мой.

Ненадолго повисает молчание, а потом она отрицательно качает головой:

– Я не уйду, Ян. Только съезжу в аптеку за таблетками и вернусь.

Через несколько мгновений слышится звук захлопнувшейся двери и я снова погружаюсь в тишину.

В комнате мрак. Прикрываю глаза и выключаюсь. Просыпаюсь, чувствуя, как кто-то теребит меня за плечо и гладит по лбу.

– Выпей. – Алёна протягивает таблетки и воду.

Я сажусь на диване и закидываю в себя лекарства. Голова сильно кружится. Ни черта не становится лучше.

– Это не те, к которым ты привык, но хороший аналог. Фармацевт сказала увеличить дозу, поэтому здесь столько штук.

– Привык? – хмыкаю я. – Снова с Костей созвонилась?

– Да.

– Сотри его номер, Алёна. И больше Гончарову не звони.

Если планируешь со мной общаться.

– Почему?

– Потому.

Я снова падаю на подушку и спустя пять минут отключаюсь, чувствуя, как Алёна перебирает мои волосы."

"Все внутренности наизнанку, цветок, от твоих откровений и появления здесь. Умом понимаю, что это я должен был приехать к тебе, а на деле даже конечностью пошевелить не могу. Сейчас у меня эмоциональный диапазон, как у спички. Только поджигать опять не нужно. И так чуть не сгорел от боли за эти дни.

В следующий раз открываю глаза, когда в голове наступает просветление и подобие легкости.

Если можно так охарактеризовать мое состояние после сна, который только что приснился. Но я вроде ощущаю себя живым человеком, а не ходячим мертвецом с топором во лбу. И на том спасибо.

Обвожу комнату глазами и замечаю Алёну, которая в позе эмбриона спит в кресле. Одной рукой подпирает щеку, одеяло сползло на пол. Цветок красивая. Очень. Хоть и бледная. С самого начала меня чем-то зацепила эта девушка. И намертво. Но в голове никак не укладывается, что она могла так с нами поступить, что умолчала тогда о важных деталях.

Похоже, и теперь не до конца всё рассказала. Поэтому и приехала?

Я долго сижу напротив и наблюдаю за Алёной. Картинки, с которых началась мигрень, оживают в голове, вызывая яркие вспышки боли. Есть в цветочке что-то такое, отчего все время щемит внутри, и объяснить это невозможно. Только чувствовать.

Почему ты четыре года молчала, Алёна? Слуцкий сидит в тюрьме года два, не меньше. Наверное, в одном Костя прав: это мой провис. Когда человек важен и дорог, то о нем не через третьи лица узнают.