Сначала думай, а потом рот разевай, — и, повернувшись к Грише, извинился: — Ты, казак, прости его, дурака. Не со зла он.

— Бог простит, — кивнул Гриша, успокаиваясь, покосившись на капитана.

Судя по его вытянувшейся физиономии, подобная сцена стала для него настоящим откровением. Глядя на унтера, он только беззвучно разевал рот, словно забыл, как нужно говорить. Потом, взяв себя в руки, он повернулся к парню и, откашлявшись, продолжил:

— Что ж, Григорий, если вы не против, тогда давайте пройдемся и побеседуем.

— Прошу вас, — Гриша вежливо указал ему в нужную сторону.

 — Так чем я могу вам помочь?

— Мы внимательно наблюдаем за тем, что происходит вокруг известной вам семьи. И вся эта суета нам очень не нравится. Странно это все как-то. Неправильно. Не должно так быть, даже если его дела кого-то не устраивают. Но давайте начнем по порядку. Расскажите, что именно произошло на Кавказе и как вы познакомились.

Грустно усмехнувшись, Гриша принялся в очередной раз повторять уже набившую оскомину историю. Выслушав его не перебивая, капитан несколько минут молчал, после чего попросил вспомнить все подробности нападения на дом.

Дослушав все до конца, он достал из кармана портсигар и, раскрыв его, протянул парню:

— Угощайтесь.

— Благодарствую, ваше превосходительство, но тютюн не употребляю, — отказался Григорий.

— Как вы сказали? Тютюн?

— Табак по-нашему. Но у нас в станице все так называли. Слово-то турецкое. А там многие его знают.

— И вы?

— И я немного, — покладисто кивнул парень.

— Хорошо. Я многое понял. Ну а теперь самое главное. Как вам самому показались все эти нападения? Не было чего-то необычного? Ну например, не могли те же горцы попытаться добраться до вас, не объявляя кровной мести?

— Нет.

Это невозможно, — решительно завил Гриша. — Для горцев убить кровника своими руками — это не правило. Это закон. Да и не станут они так позориться. К тому же я ведь не прятался. Если кто хотел посчитаться, то и искать не надо. Весь город знал, где искать. Но это не они. Тут такое впечатление, что кто-то очень хотел сделать все чужими руками. Не могу это правильно объяснить, но в каждом случае есть какая-то неправильность. Вроде мелочь, и если брать каждый случай отдельно, то и незаметно, а если все вместе брать, то видно становится.

— Хотелось бы как следует знать эти самые мелочи, — моментально подобрался капитан.

— Это трудно рассказать, — покачал Гриша головой. — Я ведь и сам толком не понимаю, что именно мне не нравится. Как тот пес, понимаю все, а сказать не могу.

— Хорошо. Тогда я буду задавать вам вопросы, а вы — на них старательно отвечать. Честно и как можно более полно. Договорились?

— Давайте попробуем.

— Как вы считаете, чего добивались все эти нападавшие.