— Пристраивайся к нам, шотландец, — пригласил седой старатель, сидевший слева. — Говорят, что вокруг Доусона жилы пошли на убыль и что теперь нужно двигаться в Ном.

— А если так, — сказал сидевший справа молодой человек, который ловил вилкой фасоль, — то мы отправимся туда, как только сможем.

Ринган издал неопределенный звук.

Приняв его за согласие, седой мужчина предложил:

— Если каждый из нас вложит равную долю в снаряжение, мы отлично поладим.

— Ну да, — отозвался Ринган, зная, что нужно что-то ответить, но не придумав ничего лучше. В Ном? С сидевшими рядом людьми? Да это будет хуже тюрьмы, из которой он вышел! О чем он будет с ними говорить? Какое получит удовлетворение от поисков золота?

Беседа пошла дальше без него, и Ринган посмотрел туда, где у окна сидела Лилли Сталлен в голубой блузке.

Луч света падал на ее черные волосы, отливавшие атласным блеском. Цвет блузки был ей к лицу, но ей вообще шла вся одежда, в которой он ее до сих пор видел.

Интересно, почему, если у нее роман с Джеком Кулиджем, она не сидит за его столом? И кто та женщина рядом с ним, что их связывает? Они явно в прекрасных отношениях, и хотя женщина уже далеко не юная, она прекрасна, как полностью раскрывшаяся роза.

— На золотых приисках не сосчитать людей с похожим прошлым, — говорил седовласый сосед. — Они управляют Скагуэем. А что, Соупи Смит стрелял во всех, кто ему не нравился, а сейчас он босс Скагуэя! Помню, когда…

Ринган стиснул зубы. Его тюремное прошлое уже стало достоянием гласности, поэтому велики ли его шансы снова открыть врачебную практику? А если он не вернется к занятию, для которого создан, то что готовит ему жизнь?

Как он вообще сможет наполнить ее смыслом?

И словно ощутив его внутренний хаос, маленькая головка в соломенной шляпке повернулась в его сторону.

"Маленькая Лотти Сталлен ужасно напоминала ему Пэтти, когда та была в ее возрасте, и иногда, только взглянув па девочку, он ощущал комок в горле. Славная малышка, и ее старшая сестра может по праву ею гордиться.

* * *Лилли гордилась Лотти, но иногда она ее так раздражала!

— Я же говорила тебе, Лотти, — сказала она, когда они сели в поезд, который должен был перевезти их через Белый перевал, — мне не нравится, что ты столько времени проводишь в компании мистера Камерона.

Лотти, чьи голубые глаза, потемнев от обиды, казались синими, ответила сестре таким взглядом, что Лилли почувствовала себя на удивление неуютно.

— Мистер Камерон спас Лео жизнь, — наставительно проговорила девочка. — Я считаю его удивительным и горжусь его дружбой, и никто, даже ты, не запретит мне дружить с ним.

Неловкость Лилли возрастала.