— И я уверена, что, если бы у нашей дружбы было время окрепнуть, он сделал бы мне предложение. Но времени нет…
— О Господи! — внезапно воскликнула Летти, ее бледное от природы лицо сделалось совсем белым, когда она увидела очередного вошедшего в зал. — Его отпустили!
Естественно, она имела в виду не мистера Дженкинсона. Лицом к двери сидели только Летти и Мариэтта.
— Проклятие! — сквозь зубы прошипела Мариэтта. — Проклятие! Проклятие!
Зверский тип, пристававший к Эди, направлялся к столу, за которым сидели его дружки.
— Что ж, мы все знали, что его не могли держать под неофициальным арестом вечно, — рассудительно заметила Кейт, а Эди нервно ухватилась за руку Мариэтты.
— Самое лучшее — не обращать на него внимания, — решительно заявила Лилли, увидев, что Лотти и Лео уже испуганно замерли. — Ты говорила с Китти Дафресн про Эди, Мариэтта?
Девушка покачала головой.
— Нет.., не было времени. Но я поговорю. И если это в ее силах, думаю, она поможет.
Лилли подумала, что Мариэтта судит верно. Когда она встретилась взглядом с этой женщиной, то в черных глазах Китти не было ни похоти, ни злобы, только добродушное любопытство.
* * *— Твоя девица, попавшая в беду, явно поняла, кто я, — сухо заметила Китти, обращаясь к Джеку. — И она гораздо красивее, чем ты говорил. Никто не сравнится с ирландками по части черных как ночь волос и кожи цвета лепестков магнолии. Возможно, в следующий раз нам стоит поискать девушек в Дублине или Корке.
Джек ухмыльнулся, а два его приятеля рассмеялись.
— Кстати, о мисс Сталлен, она вполне могла бы работать в «Эльдорадо», — сказал он, не отрывая взгляда от Китти.
— Значит, «Эльдорадо» не танцзал и не бар? — перебил его один из мужчин.
Джек покачал головой.
— Это гостиница. И чертовски хорошая. Преподобный, вон там… — он кивком указал на мистера Дженкинсона, — зарезервировал себе номер в «Эльдорадо».
— Я думал, священники живут в приходе.
Ухмылка Джека стала шире.
— Обычно да, но у преподобного мистера Дженкинсона хватило ума сообразить, что его новый дом нуждается в небольшом ремонте после суровой юконской зимы.
* * *Если бы Ринган мог поесть в одиночестве, он так и поступил бы. Но такая роскошь была недоступна, поскольку едва ли не все пассажиры «Сенатора» разом спешили воздать должное лосятине, макаронам с сыром, рубленому мясу с овощами, запеченной фасоли, маринованной свекле, пирогам с черникой и консервированному молоку.
Сам он взял свеклы, размышляя, сможет ли когда-нибудь привыкнуть ко вкусу лосятины.


















Комментарии
Добавить комментарий