От мысли, что Саша просто может уйти, исчезнуть, пропасть, умереть или что угодно другое в этой жизни, может отнять ее у меня, становится так страшно, как давно не было. Я уже потерял жену за считанные месяцы, но тогда я был молод, полон сил, и у меня на руках оставался сын, ради которого нужно было жить, работать, дышать.

А теперь…

Теперь я отказался от всего.

Даже от единственного сына, который когда-то был смыслом моей жизни. А еще мне больше не девятнадцать и даже не тридцать.

И все это ради нее — девятнадцатилетней девушки с платиновыми волосами, у которой вся жизнь впереди.

Ради того, чтобы каждая улыбка, прикосновение, открытый взгляд темных глаз и каждая ее веснушка на носу теперь принадлежали только мне. Рядом с ней я жалею только о том, что не сделал этого раньше.

Даже теперь, когда мы не расстаемся ни на час, уже несколько суток, мне все равно мало того, что у меня есть."

"Это уже что-то иное, чем просто примитивное возбуждение. Если раньше при взгляде на Сашу, я сразу представлял ее только раздетой и подо мной, то сейчас я хочу больше.

Хочу ее всю.

Только себе.

И не только на эти сорок дней.

Но некоторые вещи нам не дано изменить.

И возраст один из них. И наверное, от бессилия меня и задевают эти шутки так остро. Если для нее это весело, для меня — нет.

Наконец, привал!

Саша румяная, тяжело дышит, но вижу, что готова идти и дальше. Помогать всем вокруг, сидеть с биноклем в засаде. Она помогает мне разбить палатку, даже первая забирается внутрь, но тент неожиданно оседает, и Саша оказывается в ловушке, как котенок под одеялом. Ничего не видя, пытается выбрать наружу.

Не помню, чтобы я еще так громко смеялся, как при виде этого.

Наконец-то освободив ее, она повисает на моей шее, тоже задыхаясь от смеха, целует меня в щеку, а после снова несется куда-то.

Опять упорхнула.

На этот раз помогать с походным ужином, а мужчинам пора задуматься о безопасности. Ко мне подходит старший рейнджер парка, Ричард. Британец по происхождению, кажется, он видел колонизацию Руанды еще собственными глазами.

— Невероятно энергичная молодая девушка, — говорит по-английски Ричард. — Тебе невероятно повезло с ней, но как так вышло, Ник? Я думал, у тебя только сын. Не знал, что у тебя есть еще и дочь.

Ощущение такое, словно меня расстрелял иголками дикобраз.

— Она… не моя дочь, — откашлявшись, выдавливаю из себя.

— Oh? — коротко выдыхает британец, снова смотрит на Сашу, а потом на меня, шестеренки в мозгу вертятся. И как только до Ричарда доходит, он тянет уже иначе: — O-o-o-oh, I'm sorry, Nick…

— Не нужно, Ричард, — качаю я головой. — Все в порядке.

Хотя все далеко не в порядке.

Реальность, на которую я предпочитал закрывать глаза, обрушивается бетонной плитой, размазывая меня по красной земле Руанды. Вот, как мы выглядим со стороны.