Веселый будет перелет…

Глава 48

Маргарита

— Ммм, — со стоном потягиваюсь. Рад тут же дергается. — Все хорошо. Спина затекла, — успокаиваю его.

Мне неудобно, как ни сяду. У нас откидываются кресла, но так еще хуже. Радомир весь на нервах, и я никак не могу его успокоить. Он вздрагивает на каждый мой вздох, все время гладит живот и задает вопросы о самочувствии.

Немного переигрываю, потому что мы летим уже четвертый час и у меня болит все. Отекли ноги, ноет спина и низ живота, но я молчу, чтобы Рад не поднял на борту панику.

Пытаюсь поспать и, мне кажется, даже удается. Просыпаюсь как от толчка и понимаю, что-то не так. Подо мной мокро. Очень мокро и тянущие боли внизу живота поменяли характер. Нет-нет, только не это!

Кусая губы, чтобы не паниковать, трогаю за руку уснувшего Радомира. Он моментально просыпается и считывает все с моего лица. Сглатывает, выдыхает сквозь сжатые зубы.

— Все будет хорошо, — кладет ладонь на опустившийся живот. — Схватки начались? — киваю. — Значит слабые пока. Это хорошо, есть шанс, что дотянем до земли."

"Осматривается, машет рукой стюардессе и тихо говорит, что нам нужно другое место. Девушка предупреждена им заранее и реагирует спокойно. Меня пересаживают на сухое сиденье, откинув его в полусидячее положение.

— Я так не хочу, мне неудобно, — пытаюсь подняться.

Рад давит на плечи, возвращая меня в прежнее положение.

— Ты сейчас максимально расслабляешься и правильно дышишь. Мы с тобой это учили. Рит, хоть здесь давай ты будешь меня слушать. Ладно? Мы же хотим родить здоровую дочь?

— Хотим.

— Тогда просто слушай меня и делай то, что говорю. Лететь совсем немного осталось. В аэропорту нас будет ждать бригада скорой. Мы продержимся.

— Ой, — жмурюсь от новой схватки. Она чуть сильнее предыдущих.

Таз будто распирает сразу во все стороны. Стараюсь дышать, глядя во взволнованные глаза своего мужчины. На нас косятся пассажиры. Рад им натянуто улыбается и снова смотрит только на меня.

— Держитесь, мои девочки, — целует меня в живот. — Держитесь. Еще совсем немного, — смотрит на часы.

— Больно — больно — больно, — пищу, обняв себя руками. — Почему они так быстро, Рад? Слабые же были, — хнычу от страха. Я не хочу рожать в самолете. И я не хочу, чтобы он принимал роды. — Ева, пожалуйста, — вывожу ладонью круги по напряженному животу. — Потерпи. Скоро ты окажешься у мамы на ручках. — Ай-яй…Рааад…

— Тихо-тихо, — прижимает к себе. — Не паникуй. Ты перестала следить за дыханием, — шепчет мне в волосы. — Оно облегчит схватки. Просто дыши, я очень тебя прошу. И мне бы посмотреть тебя, Рит, — берет в ладони лицо.

— Что? Нет!

— Ритк, я сейчас буду не мужчиной, врачом. Нас закроют от остальных пассажиров.

— Нет! — в панике сжимаюсь и мне опять становится больно.

— Не дури, малыш.