Нужна повторная, а для этого ее надо вывести из кризиса, иначе она может не выдержать наркоз. Но Надежда Васильевна все время плачет и зовет дочку. Если ничего не предпринять, мама Риты не доживет до рождения внучки.

— Поехали, — вздохнув, откладываю мобильник в сторону. — Будем консультироваться с твоим гинекологом. Если он скажет, что есть хоть малейший риск для тебя и Евы, мы никуда не полетим. Ты поняла меня? — шмыгает носом и молчит. — Рита, ты меня поняла? Либо так, либо никак.

— Хорошо, — отвечает, потупив взгляд.

— Мы даже тест ДНК отложили из-за возможных рисков, а тут самолет! — меня все еще бомбит. — Самолет, Рита! Пять часов перелета!

— Там мама может умереть… — убойный аргумент.

Хочется сказать: «А если наша дочь? А если ты?!», но я глотаю это все, понимая, что она все равно сорвется и тогда будет плохо, а так я рядом буду и смогу помочь в случае чего. Но ей придется пойти мне навстречу. Я звоню Ольге и прошу нас подстраховать. Она ругается на меня, на Ритку, потому что понимает, что я прав, но и ее понимает.

— Рад, позвони мне, как будешь знать время прибытия, — просит бывшая жена. — Я предупрежу дежурную бригаду, и сама буду на месте на всякий случай. Ты не ругай Маргариту. Я бы тоже сорвалась. Здесь невозможно сделать правильный выбор. Это человеческая жизнь.

— Мы, блядь, будем жить спокойно или нет?! Этот адский пиздец когда-нибудь закончится?! — швыряю мобильник в стену. Он глухо падает на пол, по экрану ползет трещина. Вообще насрать! — Собирайся, — стараюсь говорить с Ритой спокойнее. Внутри все равно все вибрирует и легкие горят от злости и волнения.

Через час мы сидим у врача. Конечно, гинекологу не нравится эта идея. Конечно, никто не хочет брать на себя риск и за две недели до родов давать разрешение на вылет! Выгнав невесту в коридор, мне приходится уговаривать врача. Своим долбанным ртом подписывать своим нервам смертный приговор. Мне сто раз задают одни и те же вопросы. А уверен ли я? Нет. Я ни хрена не уверен! И я очень хочу запереть ее дома, пока не родит! Эта мысль нравится мне все больше, но там же мама… МАМА! Нельзя ее бросить и я киваю болванчиком, подтверждая, что осознаю все риски, обещаю, что буду рядом и подтверждаю, что в случае необходимости смогу принять роды на борту.

Убедившись, что я в здравом уме и действительно знаю процесс, врач выдает нам разрешение на перелет. С ним едем заказывать билеты на ближайший рейс. Рита благодарно сжимает мою руку, а я дергаюсь, как от удара.

Немного успокоиться удается только к вечеру, а под утро мы снова едем в аэропорт и меня знатно потряхивает внутри. Внешне стараюсь держаться спокойно и даже подбадриваю Маргаритку.

У нас лучшие места, вежливые, внимательные стюардессы и моя мечта влить в себя грамм двести хорошего вискаря.