— Я должен был задать этот вопрос еще перед свадьбой, но боялся услышать ответ. Хочешь ли ты быть моей женой? — выдохнул он, а потом объяснил: — То есть ты и так моя жена. Этот факт не оспорить. Но одно дело быть, а другое желать этого. Так как, Лина, ты хочешь быть моей женой?

— Прежде чем я отвечу, скажи, зачем я тебе.

Алатар удивился. Она разве не в курсе? Это как не знать, что солнце встает на востоке, а садится на западе.

— Потому что жизнь без тебя мне не в радость, — ответил он. — Ты стала для меня всем. Ты моя радуга в тумане. Без тебя все серо и тускло, а с тобой расцветает красками.

Лина выслушала его молча, внимательно глядя в глаза, как будто искала там подтверждение его слов.

— Молчишь, — вздохнул Алатар. — Если ты скажешь, что я тебе не нужен, я не стану тебя неволить. Отпущу, — мрачно пообещал он, в глубине души зная, что это ложь. Никуда и никогда он ее не отпустит. Не сможет.

— Я — твоя, — прошептала она, снова наклоняясь к его губам. — До последнего вздоха.

Они с удовольствием отдались новому поцелую. Разумеется, исключительно в лечебных целях.

* * *

Жрец не пошел за повелителем. Предпочел остаться с наследником и повитухой. Несмотря на тяжелые роды, ребенок был в полном порядке. Духи предков позаботились о нем.

— Посмотрите, — повитуха дернула жреца за рукав и указала на окно. — Никогда не было такого чистого неба над столицей.

Жрец подошел к окну и взглянул на площадь. Отсюда ему был виден алтарь и мужчина с женщиной рядом с ним.

— Думаю, вскоре это станет нормой, — улыбнулся жрец.

— Но как же туман? — ужаснулась повитуха.

— Ему будет, чем заняться, — хмыкнул жрец, наблюдая за тем, как мужчина и женщина целуются.

Глава 46. О радуге и тумане

Последний год выдался нелегким для всех. Но все постепенно налаживалось.

Алтея благополучно добралась до королевства Света и жила теперь в обители. Я изредка получала от нее письма. Сперва тайно, следуя требованию Алатара не общаться с семьей, но потом выяснила, что он в курсе моей переписки.

— Ты не злишься? — удивилась я.

— Следовало бы, но я не могу сердиться на тебя, — сказал Алатар.

И я вздохнула с облегчением.

— Повезло мне с мужем, — улыбнулась я.

— Помни об этом.

С тех пор мы переписывались с сестрой уже открыто. Алтее, которая прежде блистала при дворе, тяжело давалась жизнь за высокими стенами обители Пресветлой матери. Настоятельница тоже писала мне и жаловалась на сестру. Мол, та невыносима и не могу ли я на нее повлиять.

Я лишь смеялась, читая ее послания. Речь шла о первой принцессе Алтее, на нее не смог повлиять даже король. Куда уж мне. Но я была рада, что сестра постепенно приходила в себя после гибели Эрмаса. Возможно, однажды рана в ее душе совсем затянется.

Отец не пришел в восторг от нашей подмены, но, как я и думала, смирился.