Наверняка этот день занесут в летописи, отметив небывалое явление.

Впрочем, ему уже было все равно. Он не рассчитывал пережить этот день. В последний раз Алатар решил взглянуть на жену, проститься с ней в мире живых, надеясь на встречу в мире мертвых.

— Я люблю тебя, Лина, — прошептал он, а потом повторил еще раз и еще. Прежде ему казалось, что эти три слова так сложно произнести, он все тянул, не решался. А теперь они сами срывались с губ. Снова и снова. — Я люблю тебя. Люблю.

У Алатара с трудом получилось сфокусировать взгляд. Лицо жены расплывалось, но вдруг… что это? Ее ресницы дрогнули или это очередной виток бреда?

Он из последних сил вцепился в камень и приподнялся. Ноги дрожали от слабости, все-таки Алатар потерял много крови. Но он был сполна вознагражден стоном, вырвавшимся из губ Лины.

Жива. Она жива! Серый бог сжалился и вернул ему любимую. Или обменял его жизнь на нее. Алатара устраивал и такой вариант. Чего не учел, так это реакции Лины.

— Мне обязательно надо было умереть, чтобы ты признался мне в любви? — она приподнялась, держась за голову. — Почему ты сразу не сказал?

— Любовь — слабость. Тот, кто владеет твоим сердцем, владеет и тобой. Я не знал, могу ли тебе доверять.

— А теперь знаешь?

— Теперь да.

Лина осмотрелась:

— Что со мной? Почему я на улице?

Она взглянула на Алатара и нахмурилась:

— А ты почему в крови?

Ее глаза расширились от ужаса, едва она увидела окровавленные руки Алатара. Лина тут же принялась рвать сорочку на лоскуты и перевязывать его запястья. В процессе она возмущалась, не переставая:

— Как ты мог бросить нашего сына? На кого ты его оставил?

— На жреца, — у Алатара едва ворочался язык, но это не мешало ему чувствовать себя счастливым.

— Тоже нашел няньку, — фыркнула она, затягивая очередной узел. — Он же ненормальный!"

"Алатар слушал ее и улыбался. После перевязки ему стало лучше. Он почти не сомневался, что все будет хорошо. Испытания закончились.

— Мне надо позвать кого-нибудь на помощь, — Лина оглянулась в поисках людей.

— Тебе надо поцеловать меня, — возразил Алатар. — Твои губы — лучшее лекарство.

— Ты такой же ненормальный, как твой жрец, — покачала она головой, а потом прижалась своими губами к его.

Алатар отчасти был прав: магия младшей принцессы действительно могла лечить. Например, придать любимому сил, пока им не занялись лекари. Благо солнце светило ярко, источника для магии было предостаточно.

— Я отправила магический призыв на помощь, — сказала Лина, отрываясь от его губ. — Скоро здесь будут стражи и лекари.

Алатар кивнул. Все складывалось удачно. Вот только один вопрос давно точил его изнутри. Лина осталась с ним по собственной воле или потому, что у нее не было выбора?

— Я ведь так и не спросил главного, — произнес он.