— Эта мегера говорит, что дополнительными вопросами завалит на экзамене, если ты вернёшься.

— Да пошла она! — Алина вскидывает на меня покрасневшее от слёз лицо. — Она опозорила меня перед всей группой.

— Алин, ты сейчас показываешь, что тебе не всё равно. На этого белобрысого, раз тебя это так задело. Давай встанем и вернемся в аудиторию. Плевать на мегеру.

Девушка нехотя поднимается с пола, вытирает слёзы и решительно направляется обратно в аудиторию. Я улыбаюсь и следую за ней. Молча проскальзываю на своё место. Поднимаю глаза на белобрысого. Кажется, его зовут Дима. Парень с интересом смотрит на уткнувшуюся в тетрадь Алину. Только мне совершенно не нравится его взгляд. Он смотрит на неё, как на добычу. На языке вертятся вопросы, но наткнувшись на строгий взгляд Татьяны Павловны, я уткнулась в тетрадь и покорно стала записывать её речи.

И когда прозвенел спасительный звонок, я быстро собрала свои вещи и поспешила на выход. Выйдя в коридор, застыла, понимая, что не знаю, куда идти. Развернулась, чтобы вернуться к Алине, но впечаталась в широкую грудь носом. Это было до звёзд в глазах больно. Зашипела, прикладывая пальцы к носу и проверяя, не потекла ли кровь. Мне даже глаза вскидывать не пришлось, чтобы понять, кто передо мной стоит.

— Снова трусливо сбегаешь, поджав хвост, Макарова? — я и забыла, что у него такой низкий голос.

— И тебе не хворать, — я принципиально не поднимаю на него глаза. — Ты что-то хотел?

— Да, — долго молчит. Понятия не знаю, чего ждёт. Но задавать наводящие вопросы я не спешу. Как и смотреть в его лицо. Узора на футболке достаточно. — Нужно выбрать день, когда встретимся и сделаем доклад.

— Знаешь, это вовсе необязательно, — упорно смотрю в его грудь. — Я найду нужный материал и пришлю тебе на почту. Или наоборот. По известным нам обоим причинам, я не хочу находиться рядом с тобой.

— Поверь, мне это тоже не приносит никакого удовольствия, — демонстративно делает шаг назад. — Но мне нужна пятёрка, поэтому в субботу жду у себя дома в три. Помнишь, где я живу? Напоминать не нужно? — голос понижает, из-за чего волосы на моём теле встают дыбом.

— С какой стати, я должна идти к тебе? — я вскидываю глаза.

— Предлагаешь мне в общежитие твоё идти? — ухмыляется. Я дергаюсь, будто меня ударили. Он прекрасно знает, как сильно я стеснялась того, что моя мама работала уборщицей. В то время как родители всех моих одноклассников были то бизнесменами, то миллионерами, владельцами заводов и салонов. Он прекрасно знает, как я стеснялась комнаты, где мы жили. Только не знает, что мама замуж вышла за владельца сети ресторанов."

"— Какой же ты всё-таки урод, Серебряков. Мало было тебе моего унижения тогда? Недостаточно посмеялся? Видимо, твоё самолюбие не до конца утешено.