Тряхнула головой, стараясь выкинуть из головы картинку того, как пальцами водила по этим венам, сидя между разведенных в сторону ног парня и облокотившись на его грудь спиной.

— Всё хорошо? — на ухо спросила Алина.

Я кивнула, пытаясь сосредоточиться на словах профессора Вишняковой. Но это попытка оказалась провальной, потому что я почувствовала на себе его взгляд. Уверена, что его. Вот так, даже не глядя в сторону парня, я кожей почувствовала, шестым чувством, что Макар смотрит на меня. Хоть и прошло уже два года, а реакция осталась неизменной. Мурашки стадом ломанулись от затылка в разные стороны. По шее, спине, рукам и ногам. А в животе. В животе проснулись бабочки, которые, казалось, сгорели в животе два года назад, когда я выбегала из класса, под общий хохот одноклассников. Особенно громко смеялся Макар. И, как не странно, из всех голосов, я слышала только его. И сейчас, покрытые пеплом и находящиеся долго во сне, бабочки взмахнули крыльями, сбрасывая пепел. По-прежнему серые и побитые. С мятыми, некогда цветными крылышками. Они медленно и совсем неуверенно защекотали в животе. А парочка особо наглых и больших в груди защекотала. Возле сердца. Или же это стук сердца стал быстрее, разгоняя кровь бегать быстрее?

Отложила ручку на стол и вытерла влажные ладошки о ткань юбки. Будто невзначай подняла голову и скользнула взглядом по аудитории. Мимолетно взглянув на Макара. Я не ошиблась ни на секунда. Парень небрежно развалился на стуле, скрестив руки на груди и глядя на меня. В его взгляде презрение и ненависть. Полные губы кривятся в ехидной усмешке. Будто вспомнив что-то, Макар достаёт из кармана джинсов телефон и локтем толкает своего соседа. Блондин тут же поворачивается к Серебрякову и заглядывает в телефон. Смотрит в телефон, а потом взгляд на меня переводит. В телефон. И снова на меня. У меня всё внутри холодеет. Сердце в желудок проваливается. И тошнить начинает так, что создаётся ощущение, что меня сейчас вывернет. Не мог же он показать фотографии этому белобрысому?

— Настюша, ты чего? Тебе плохо?

Я перевожу взгляд на девушку. Растерянно и беспомощно смотрю в её красивое лицо, с россыпью веснушек на носу. Она на ангелочка похожа.

— Ты вся взмокла и побледнела. Может к медсестре? — заботливо интересуется.

Я отрицательно мотнула головой, пробормотав слова благодарности. Повернулась в сторону Макара. И столкнулась с ним взглядами. На мгновение показалось, что в глубине его глаз я увидела обеспокоенность. Но мне лишь показалось. Потому что снова в зеленых глазах презрение и ненависть. Это я тебя ненавидеть должна, Серебряков! Я! Я тебе доверилась так, как никому прежде не доверялась. Я сжимаю с силой кулаки, почти ломая ручку. Сверлю взглядом Макара и его дружка, который снова утыкаются в телефон.