Серебряков углубил поцелуй, языком быстро оглаживая десны и зубы. Не забывая при этом прикусывать мои губы и зализывая лёгкие укусы языком. Осознав, что расстегнуть ремень я не смогу, выдернула футболку из-за пояса джинсов Макара, ладонями ныряя под ткань. Меня окончательно вынесло. Ладошки задрожали, когда я коснулась горячей кожи на стальном прессе Серебрякова. Огладила каждый идеальный кубик, не забывая задирать футболку выше и выше. Когда кончики пальцев застыли на грудной клетке, отстранилась, первой разрывая поцелуй. Опустила взгляд на грудь Макара. С левой стороны выедена надпись. А точнее сказать, моё имя. Анастасия. Красивый курсив с замысловатыми закорючками. Провела по каждой букве пальчиками, которые дрожали от волнения и накрывших с головой чувств. Моё имя на его груди. Возле сердца.

Я поднимаю полные слёз глаза на Макара. Замечаю волнение на его лице. Какой-то страх в глазах. Улыбаюсь и склоняюсь, чтобы поцеловать каждую буковку. Его кожа имеет пряный, мускусный запах, который пьянит и кружит голову. Не ведая толком, что творю, языком коснулась тёплой кожи. Макар вздрогнул и глухо простонал. Рука Серебрякова властно сжала волосы на затылке, запрокинула мою голову назад. Макар впился в мои губы властным, плавящим все мысли поцелуем. Я оказалась лежащей на спине и придавленной сверху крепким и тяжёлым телом Серебрякова. Его рука заскользила по моим ногам, задирая подол платья и всё ближе приближаясь к ткани трусиков.

— Макарушка, — выдохнула я в жадные губы, — нам нужно остановиться.

Серебрякову моя идея не понравилась, потому что он с ещё большей страстью впился в мои губы. А проворные пальцы начали отодвигать ткань нижнего белья в сторону.

— Макар, — застонала в его рот, выгибаясь на сидении от пронзивших насквозь ощущений, — не здесь.

Парень отстранился на пару сантиметров. Посмотрел в мои глаза чёрным и ничего не понимающим взором.

— Не в машине, Макар, — попросила тихо, ладошкой оглаживая щёку любимого. Какой же он красивый у меня. Растрёпанный. Раскрасневшийся от желания. С припухшими губами. И с горящими глазами. С раздувающимися ноздрями на смуглом скуластом лице. И весь мой сейчас. Только мой. Меня он так страстно и так сильно желает. Из-за меня у него рвёт напрочь крышу. Сейчас мне кажется, что никогда прежде я не любила его настолько сильно. Никого не любила. До дрожи в руках от желания стиснуть Макара в руках до хруста костей. Укусить. Исцеловать.

Будто мысли мои прочитав, парень голову чуть повернул, не разрывая контакта глаз, и прижался к центру моей ладошки ласковым поцелуем. Я улыбнулась лучисто и прошептала едва слышно:

— Мне кажется, что твоя бабушка ждёт.

Центром ладони почувствовала его ответную улыбку.