К моему удивлению, Аслан зарегистрирован в социальных сетях, хотя его профиль сложно назвать полноценным — ни информации, ни аватарки. Я набираю своё имя в поиске и смело подписываю его на свою страницу.

Откинув волосы за спину, я поправляю платье и поднимаюсь с дивана, так и не притронувшись ни к основному блюду, ни к десерту. Тема родителей выбила меня из равновесия, как и алкоголь, и близость с Асланом. Даже когда наши бёдра и колени больше не соприкасаются, жар всё равно никак не отпускает.

— Ну что, пойдем на веранду? — предлагаю как можно спокойнее. — Я ненадолго отлучусь в дамскую комнату, а ты подожди меня в холле.

Я припудриваю лицо, убирая лёгкий блеск с кожи, и наношу на губы розовую мерцающую помаду. Окинув себя критическим взглядом в зеркале, убираю выбившуюся прядь волос и выпрямляю складку на подоле. Волнение чуть стихает, уступая место уверенности.

Входящее сообщение заставляет меня оторваться от зеркала, потому что, как я и предчувствовала, это Демьян. От него приходит короткое и резкое: «Ну ты и сука», и грудную клетку заполняет тяжёлая смесь раздражения и горечи.

Мне нужно несколько мгновений, чтобы собраться, восстановить дыхание и покинуть уборную, оставив сообщение без ответа.

Что дезориентирует больше — грубость бывшего или тот факт, что, пока меня не было, Аслана уже успела занять своим вниманием девушка, чуть старше нас по возрасту, — понять трудно. На фоне Тахаева она выглядит особенно хрупкой и миниатюрной, почти кукольной, подчёркивая его внушительный рост и габариты.

Я поправляю сумку на плече и, звонко отстукивая каблуками по полу, иду к ним, удерживая голову высоко поднятой.

Глава 39

* * *Этим вечером я едва себя контролирую и совершаю одну глупость за другой.

Особенно когда новая знакомая Аслана невзначай касается его чуть выше локтя, что-то увлечённо рассказывая и открыто флиртуя.

У неё правильные черты лица — высокие скулы, прямой нос и слегка приподнятые уголки губ, придающие почти хищное обаяние. В других обстоятельствах я бы назвала эту куклу красивой, но только не сейчас.

Аслан поворачивается на звук цокота каблуков. Его взгляд цепляется за мои ключицы, обнаженные смелым вырезом платья. То, что он остается равнодушен к стоящей рядом девушке, вовсе не приносит мне облегчения.

Я слишком взвинчена, чтобы держать язык за зубами и вести себя мудро. Не как сука. Демьян был прав — я и есть она.

— Здравствуйте, у вас прекрасное меню, мы уже не будем ничего дозаказывать, спасибо. Можете убрать столик для новых посетителей, — широко улыбаюсь, обращаясь к девушке. Затем смотрю на Аслана и с притворным беспокойством спрашиваю, снизив тон: — Надеюсь, ты оставил ей чаевые?

Несмотря на недоумение в карих глазах, я невозмутимо беру Тахаева за руку и веду на веранду.