Меня раздевают, кладут на кушетку. Я вижу, как медсестричка смотрит на мое белье. Красивое. Дорогое и… очень провокационное. Наверное, не вяжется сейчас с моим образом. Совсем.

А еще это белье бесполезное. Кто на него будет смотреть?

Вспоминаю поцелуй Корсара, и… вдруг мне очень хочется, чтобы он посмотрел. Увидел!

И как по заказу открывается дверь смотровой!

***

Я успеваю охнуть и прикрыться руками.

И выдохнуть.

Это не Корсар.

Доктор. Громозека. То есть Товий Сергеевич.

Он реально похож на Громозеку из мультика про Алису. Такой же огромный и шумный. Я часто ставлю моей Сашульке советские мультики. Она еще не все понимает, но именно старые советские любит больше всего.

Товий Сергеевич потирает руки, подходит ближе.

– Ну что, душенька, приятеля вашего я упаковал…

– Куда? – пугаюсь я.

– Не куда, а как! Сидит с моим хирургом, обсуждает новые девайсы для операционной – стоимость закупки и прочая ерунда, о которой девушки думать не должны.

– Я вообще-то не просто девушка, я экономист. И работала личным помощником Александра Николаевича как раз когда он эту клинику строил.

– Да неужели? Какая молодец! Странно, почему я тебя не помню. Я почти всех сотрудников знаю, они ведь все у нас по ДМС лечатся.

Неужели мне снова краснеть? Ну да, так и есть, чувствую румянец.

– Я уже не работаю. Уволилась.

– Да? Удивительно, как он тебя отпустил, такую…

Я хочу спросить – какую, но чувствую руки доктора на своем теле и уже не могу ни о чем говорить.

– Ребра целы. Это уже хорошо. Ну-ка посмотри на меня?

Он проводит манипуляции, светит фонариком в глаза, вопросы задает. Я отвечаю. Голова уже почти не кружится. И не тошнило меня.

– Ну, «сотряса» тут нет. Это уже хорошо. Ирина Георгиевна, вы осмотр окончили?

– Нет, Товий Сергеевич. Мы…

Я перебиваю, потому что об этом я должна сказать сама.

– Мне не нужен осмотр. Изнасилования не было, – говорю и… хочется сквозь землю провалиться от стыда.

– Вот и прекрасно. Я так и подумал. Слава богу.

– Правда? – я удивлена. Как это, он так и подумал?

Он словно отвечает на мои мысли.

– Девонька моя, если бы было то, о чем мне сказал Александр Николаевич, когда позвонил и стал орать как резанный, ты бы так спокойно у него на руках не сидела. Ирина Георгиевна, вы свободны, отдыхайте.

Гинеколог прощается со мной, выходит.

Товий Сергеевич подходит ближе, садится.

– Все нормально. Я ж не первый раз замужем, Василиса… Викторовна! Так что… выдыхай, бобер, все в порядке. И ему я сказал, что тебя, скорее всего, просто припугнули, да?

Киваю, сглатываю. Значит… значит, мой бывший босс уже знает, что я не?..

Это ведь хорошо? Ну то есть ему теперь не нужно за меня беспокоиться, и он может спокойно ехать домой? Из полиции он меня вытащил. Врачу показал. Все в норме.