Самому щенку на диван было не забраться, значит его подняли. И что обидно — со мной он спать категорически отказался еще в первый день нашего знакомства.

В итоге через два дня от моих родственников таки пришло повторное приглашение, и мы с Гэбом оказались… в закусочной.

А я, между прочим, я готовилась произвести впечатление, надела строгое, но дорогое платье из вытканного вручную шелка. Взяла с собой защитника, который умеет превращаться в огромного волка.

Чувствовала себя роскошной красавицей и точно выигрышно бы смотрелась на фоне бархата, например. Или аргентинского голубого мрамора.

Но нет, меня пригласили в популярное, но редкостно дешевое кафе. Словно намекнули на отношение к дальней, забытой родственнице.

— Пацан, за девочку не стреляем! Малая сама решит, у кого тапки бросит… — сообщил сопровождающий нас юнец, повернувшись и подмигнув оборотню.

Признаться, я думала, Глостер оторвет ему голову, но вдруг обнаружила, что тот с трудом сдерживает смех.

— Не поверишь, сам такой дурак был в юности, — шепнул он мне, с удовольствием обнимая за талию и едва заметно потянув двигаться за Спичкой. — Бедная бабушка даже подозревала, что я подкидыш, колдунов вызывала для проверки. Только после первого моего оборота ее отпустило.

Не понимаю, что веселого в происходящем. По-моему, над нами, точнее конкретно надо мной — издевались. Вместо комфортного места встречи нам подсунули какую-то дыру, а взамен солидных людей на встречу пришел нахальный щегол!

Теплая рука погладила меня по спине, успокаивая.

Ох. Да я же сама себя подкручиваю и сама же закипаю. Некоторые слова, люди, события вдруг, совершенно внезапно стали раздражать, вызывая холодную ярость, словно внутри меня рождалось совсем другое «Я» — нетерпимое и требовательное.

Пора, пора, Холли, взять пару уроков у Глостера. Вот кто, обладая совершенно бешенным темпераментом, умеет от «почти взрыва» остужаться до ледышки за секунды. Я точно почувствовала, как окаменело его тело при наглом обращении Спички ко мне. А сейчас идет расслабленно, лицо сосредоточенное, но спокойное.

— Шеф, зацени какая красава, лучше, чем на видосах."

"Паренек остановился рядом с одним из боковых столов и тихо обратился к одиноко сидящему мужчине. Загорелому, поджарому как элитная гончая. На шее незнакомца висели многочисленные цепочки с потемневшими от времени медальонами. Серая, свободная футболка открывала татуированные сверху донизу руки. Седой ежик волос при отсутствии глубоких морщин затруднял определение возраста ожидающего «шефа». Возможно, от сорока до пятидесяти. Но если и меньше-больше — не удивлюсь.

Загорелый коротко махнул ладонью в черной латексной перчатке, приглашая сесть напротив. Но взгляда не поднял и поздороваться не удосужился.

Он ел.