Заинтересованный огонёк в глазах некоторых людей, разгорелся.

— Поверьте, на вырученные деньги вы и ваши дети, а возможно и внуки, смогут безбедно жить всю свою оставшуюся жизнь. А ещё я вам обещаю, что в пекло смерти я вас не поведу. Нам нужно хотя бы понять, что там происходит и почему так обстоят дела. И насколько вообще правдивы россказни обо всём происходящем.

С каждым словом Зорич отправлял в толпу немного своей ментальной магии. Она была направлена скорее на то, чтобы притупить у людей чувство опасности. А вкупе с тем, что он сыграл на их алчности, он получил результат. Возможно, не самый лучший, на какой мог рассчитывать, но треть участников экспедиции всё-таки согласилась."

"Решившиеся идти с ним имели стихийные специализации магии: водники с даром льда, огневики, которые считали, что им не страшен мороз, и несколько земельщиков, те, кто должен был отыскать залежи неизвестного минерала. Морозники согласились первыми, так как надеялись, что смогут выдержать любые температуры. Огневики примерно по тем же причинам, а земельщиков они пообещали оградить от негативных последствий холода за процент от вынесенных камней.

Когда Морозов увидел, что Зорич всё-таки сумел склонить к дальнейшему походу некоторых людей из своей экспедиции, покачал головой и сказал Слободану:

— Вы просто сумасшедшие, — в глазах местного управляющего сверкнули искры. — Но знаешь, иногда сумасшедшим везёт. Поэтому я обеспечу тебя всем необходимым.

В течение следующих пары часов они собрали караван из собачьих упряжек, уложили все необходимые вещи и отправились в сторону Виктории.

Поездка оказалась максимально непростой. Дело даже не в том, что длилась она чуть ли не неделю. А в том, что во время всей этой поездки холод неотступно следовал за караваном. Если у морозников и огневиков ещё были возможности прогреть себя изнутри или не замечать холода, то у Зорича ничего такого не было. Он был совершенно беззащитен перед стихией. Но стоило ему сильно замёрзнуть или отчаяться, как он вызывал перед внутренним взором облик дочери, и холод практически сразу отступал.

Но это было не всё. Чем дальше они ехали, тем холоднее становилось. Вроде бы после минус тридцати и минус тридцати пяти разница в холоде не должна была ощущаться сильно, но она была. Даже те же маги льда ощущали, что всё меняется.

Через шесть с половиной дней после выезда караван добрался до пролива, который разделял материк и остров. Проводники из Морозовых действительно вывели их к самой узкой части пролива:

— Здесь по картам до Виктории чуть более двух десятков километров, — поведал проводник и после запинки добавил, — но сейчас даже морозить ничего не нужно. Лёд в проливе стал раньше обычного.