- Итак, вы все думаете, что я бы обрюхатил девушку, а затем публично бросил ее, когда она сообщила мне об этом?

В относительной темноте я могу видеть, как румянец заливает ее щеки.

- О... ну...

Мурашки бегут у меня по коже.

- И притом что ты веришь в это, ты все равно хотела пойти со мной на свидание? - ладно, сейчас я, наверное, ору. Черт, это чудо, что в этот раз я не кричу, обращаясь к небу. Вот, что люди думают обо мне?

Шэннон делает шаг назад.

- Я не винила тебя в этом, - словно беременность - это всецело вина Анны.

- Ну, тебе следовало бы, - восклицаю я. - Если бы это была правда.

Тебе следовало бы держаться подальше от такого мудака, который ведет себя подобным образом.

Она тупо смотрит на меня, словно я сошел с ума, а тем временем меня захлестывает ярость. Что, вашу мать, не так с это девушкой?

Я делаю вдох, не желая пугать ее еще больше. Я намного крупнее ее и даже притом, что мне не терпеться уехать, не круто вызывать у девушки страх.

- Послушай, - говорю я, притворяясь спокойным, - что бы ты там не услышала, это неправда. Да, это была та самая девушка и да, мы порвали. Но это было взаимное решение, - я слегка морщусь от собственных слов, но на деле это правда.

Анна не хотела отношений, и я не мог притворяться, что тоже не хочу этого. - Она милая девушка. И меня тошнит от того, что люди думают по-другому.

Широко открыв глаза, Шэннон кивает, словно от этого зависит ее жизнь. Она прижимает руки к своей груди. Я вижу в ее глазах страх, и вина сжимает мой живот.

- Мне нужно идти. Прости, - не уверен, что еще могу сказать. Мне просто нужно убраться отсюда.

В тот момент, когда возвращаюсь домой и открываю свой ноутбук, мои руки дрожат.

Тошнота скручивает мой желудок, пока забиваю в поисковике Твиттера свое имя и читаю кучу тэгов. Результат более чем 140 твиттов чистейшего зла. Предположения на тему, почему я спорил с фигуристой рыжей. Полные ненависти комментарии об Анне, которая разбила мое сердце и высосала мою кровь, а затем я нахожу фото.

Мои зубы сжаты. Вот я нависаю над Анной, которая рядом со мной выглядит крошечной. Я монстр с мускулами и вздутыми венами на моем виске. Я никогда не ощущал такого стыда. Анна бледная, ее подбородок приподнят в знак неповиновения.

Это я помню. Но я никогда не видел последствия. А вот фото меня, идущего прочь, униженного и поглощенного своей собственной болью. Мое лицо искажено. И еще одно фото Анны.

Она прислонилась к дереву, прижимая руки к своей талии, ее прекрасные глаза смотрят в небо, словно у него есть какие-то ответы. Боль пронизывает черты ее лица. Дрожащими пальцами, я почти касаюсь экрана. Ее боль отражает мою собственную.

Совершил ли я ошибку, порвав с Анной? Имеет ли это еще значение? Сейчас она встречается с мистером Гадость.