Вот только сейчас я тоже очень четко вспоминаю, что именно утратил.

Испытав истинную ревность, я могу уверено сказать, что это отстойное ощущение, и я не хочу почувствовать его снова. Эта эмоция распространяется словно эпидемия, пожирая тебя изнутри множеством своих огромных зубов.

Я тру то место в центре своей груди, а затем выныриваю из тумана, в котором барахтался последние несколько минут. Иисусе, я здесь с другой девушкой. Мне не следует думать о той, которая меня не захотела.

Я глубоко вдыхаю и встречаюсь лицом с ... Дерьмо. Как ее имя?

В темноте салона моей машины ее глаза сияют, когда девушка смотрит на меня.

Она красивая. Они все красивые, те девушки, которых я приглашаю на свидания без намерения продлить это дольше, чем на одну ночь. Черт, они все выглядят очень похоже, те же черты лица, то же строение фигуры, вкус в выборе одежды. Всеамериканский тип энергичной девушки из студенческого общества. Почему я раньше не замечал Анну? А еще и обвинил ее в однотипном выборе противоположного пола.

Горечь наполняет мой рот.

Моя девушка на одно свидание улыбается.

- Это было... мило.

Мило. Верно. Мы были в клубе десять минут, до того как я исчез, чтобы засунуть свой язык в горло другой девушке, а потом незамедлительно вернуться и утащить ее оттуда так быстро, словно в здании разгорелся пожар.

И правда мило, нечего сказать.

- Ага, - я откашливаюсь. - Извини, но я сегодня устал. Мы много тренируемся.

Ложь. Но кажется, девушкам это нравится.

Эта не отличается от других. Она снова улыбается, и в ее глазах светится сочувствие."

"- Все в порядке. Твоя преданность команде восхищает.

Скажи это парням, большинство из которых хотят убить меня прямо сейчас.

- Спасибо...

- блядь. Да как же ее зовут? Стэйси? Нет. Шэннон! - Шэннон.

Я приготовился к возражениям, так, на всякий случай, если я ошибся, но девушка улыбается так, словно я наградил ее высоким званием.

Так как мне больше нечего ей сказать, я возвращаю все свое внимание на дорогу. Почему я вообще ушел вместе с ней из клуба? Это было глупо. Я чувствую удушье. Я не могу поехать домой так скоро. Я включаю радио в отчаянной попытке заполнить тишину. Джек Уайт поет о влюбленности в призрак, для поцелуя которого ему не хватает смелости. Я нажимаю на кнопку отключения радио с большей силой, чем необходимо.

Слава богу, мы сейчас уже перед домом ее студенческого общества, потому что я не думаю, что смог бы проехать еще хоть милю. Я останавливаюсь, достаточно резко выжимая тормоз, от чего нас обоих немного бросает вперед.

И словно Шэннон ждала этого момента, она поворачивается ко мне на своем сидении и выжидающе смотрит. Язык ее тела кристально ясен, начиная от того как она наклоняется ко мне и заканчивая ее взглядом, который мечется от моего рта к глазам. Она хочет, чтобы я ее поцеловал.