Интересно, он уже у нас мастеров нашел или катается домой?

Интересно, мы когда-то поговорим?

Мой взгляд слетает вниз вместе с движением мужских рук. Айдар без слов берется за пуговицу на манжете рубашки. Расстегивает ее и закатывает. Сначала один рукав. Потом другой.

Это так красиво и одновременно так страшно, что меня пробирает до костей. Дыхание сбивается, пытаюсь нормализовать и возвращаюсь к глазам.

В них — плеск зеленой убийственной воды и легкая насмешка.

Ненавидь меня, да. И люби тоже. Ты же не смог разлюбить…

Иначе что значат слова «так и не ожил»? Пытался и не смог? Не забыл меня, да? Я тоже тебя не забыла…

Молчу отчаянно.

Айдар все прекрасно читает. Моргает. Держит глаза закрытыми чуть дольше, чем обычно. Секунда — снова баланс. Все под контролем.

Под удары сердца о ребра слежу, как опускается на одно колено.

В нашей истории такого не было и не будет, а все равно кольчуга разлетается на звенья.

— В гостях разуваются, Керимова…

Не Салманова. Понимаю. Салманова — только Сафи.

Чувствую горячие пальцы на застежке босоножка. Я специально надела красивые. На каблуке.

С Лешей в них не гуляла. Ни с кем бы не гуляла, только к нему приехала.

Я и в этом всё такая же.

Он справляется очень быстро и ловко. Как будто всю жизнь только этим и занимался. Беззащитную снова душу жжет догадка. Но я не спрошу, конечно, сколько босоножек за эти годы он снял.

Спускаюсь пяткой на паркет. Потом — второй.

Салманов отбрасывает мои босоножки и тут же вырастает. Теперь сильно возвышается. Мне приходится запрокинуть голову.

Вторую серию нашей истории мы начали со случайной встречи, моей лжи и его угроз. Это ничуть не лучше, чем договорной брак и боль из-за неразделенной влюбленности.

К чему придем — даже думать страшно. Но в то, что у нас хотя бы сейчас получится по плану — его или моему — не верю.

Внешне я продолжаю оставаться той спокойной девушкой из отражения. Судя по блеску во взгляде — она ему нравится. Судя по увеличившимся зрачкам — он ее хочет.

— Что смотришь? — Салманов спрашивает, легонько кивая. Я угадываю: дерзости хочет. Я дам.

— А ты разве не смотришь? — Мужские губы дрожат. Терпеть не может, когда вопросом на вопрос. Наглею когда. И обожает в то же время.

Потому что любим друг друга.

До трясучки хотим. Разобьемся — так и будет.

— Нравлюсь, да? — Айдар спрашивает и тянется к моему подбородку. Я чувствую его подушечки кожей. Как скользят по контуру. Как обманывают нежностью. Съезжают на шею. Возвращаются под губы. Айдар ведет большим по нижней.

— Когда не угрожаешь и не творишь кошмар — да. — Не вижу смысла врать. Бывший муж снова улыбается. Плохо. Хищно. А мне не страшно.

Продолжает водить, размазывая помаду. Отрывает палец — смотрит на свой слегка окрасившийся отпечаток. Потом опять мне в глаза.