Горгоны — совсем иное существа. Слух у них сверхъестественный, Даже во Тьме он улавливает моё дыхание — и этого ему достаточно. Он бросается вперёд, не колеблясь.

И вот уже бой.

Рукопашная схватка с Горгоном — идея самоубийственная. Разумеется, я проходил и через худшее, да и с той же Змейкой приходилось драться, но это не значит, что хочу повторения. Его удары сыплются со всех направлений одновременно. Четыре руки с когтями хлещут, рассеивают тьму, разрывают воздух с такой силой, что он буквально гудит от давления. Я уклоняюсь, скольжу в сторону, прячусь за щитами — сначала каменными, потом из Тьмы.

На одном из отскоков, ловя долю секунды, я кастую валун. Сгусток камня появляется у меня в ладони. Не теряя времени, я бросаю его прямо ему в клыкастую морду.

Горгон становится прозрачным. Ха. Улыбаюсь. Правильно. Он думал, это просто кусок камня.

Ага, но не в этот раз.

Этот валун заряжен током. Техника Семена Стоеросова. Я сам отточил её вместе с легионером, которому подарил Дар Молнии. Он же добавил туда Камень — и вот результат."

"Когда заряженный валун врезается в Горгона, тот содрогается, выпрямляется дугой, ревёт. Электричество обожгло звеня. Он кувыркается назад, как подбитый.

— Она моя самка, фааака! — орёт он и скребёт когтями воздух.

— Ты не в том положении, чтобы ревновать, — бросаю я и уже в руке — новый камень, пульсирующий искрами.

Он отскакивает, теперь осторожен. Понимает, что нарвался. Это тебе не слабенькая добыча. Я тоже хищник, я тоже ем мясо, правда, предпочитаю хорошо прожаренное.

Врубаю технику Оцепления.

Камни падают по кругу, точно, как по разметке. Каждый — заряжен током. Электрический контур замыкается вокруг Горгона. Искрит, потрескивает.

Он шипит, дёргается, мечется. Пытается прорваться — и каждый раз получает разряд. Бьёт по нему так, что даже чешуя звенит. Его отшвыривает обратно. Круг не отпускает.

Я подхожу ближе и улыбаюсь.

— Ну, как говорится — стопэ, — произношу лениво. — Не выпрыгнешь. Даже не старайся.

Он стоит в центре, тяжело дышит, грудь вздымается. Глаза бешеные, клыки оскалены.

— И вообще, — продолжаю, не повышая голоса. — Ты зачем лезешь, если больше тигрица тебя не интересует? Бешеный что ли?

Горгон рычит, но уже тише, без ярости. На вдохе — не на выдохе.

— Самка моя, фака…

— Хочешь Змейку? — хмыкаю. — Так ты же не в зверинце. У нас девушек добиваются и заслуживают.

— Заслужить?.. — протянул Горгон, вытягивая слово по-змеиному, с влажным шелестом, будто приговаривал заклятие. — Фааааака?

Киваю.

— Ага, заслуживают поступками. Без подлостей, без дешёвых понтов. И уж точно без ударов по голове с последующим закидыванием на плечо и утаскиванием в пещеру. Женщину нужно не красть, а впечатлять — смелостью, силой.

Горгон растерянно затих.