Я, так и не уловив смысла сделанного заявления, прошу его объясниться.

– Тут перерыв был, я на улицу выходил подышать, освежиться, а там как раз рекламный щит меняли. Одну картинку сняли, другую поставили, вы не видели? В окошко не смотрели? – спрашивает Сергей Петрович.

Люди в зале, кто сидит ближе к окнам, привстают, чтобы выглянуть на улицу."

"– Афишу театрального спектакля повесили, – объясняет Пархомов. – Красивую! Там Вера Песоцкая в черном кудрявом парике и белой тоге с золотой вышивкой. Тога, конечно, смешная, автор костюма историю моды не знает: у древних греков был совершенный тип драпированного наряда, подчеркивающий гармонию тренированного тела и одежды, динамизм и свободу движений, скрывающий недостатки фигуры. И ритм, расположение и форма складок, драпировок диктовались основной архитектурной формой эпохи – каннелированной колонной дорического ордера, а у Песоцкой защипы на плечах и рюши на груди! – Сергей Петрович смеется, мотает головой, вытирает выступившую в уголке глаза слезинку. – Рюши у древних греков, это же надо…

Я не очень понимаю, при чем тут греки с рюшами или без них, но терпеливо жду, и мое терпение вознаграждается.

– Но боги с ними, с рюшами, – говорит Пархомов. – У псевдогреческой Песоцкой на афише ожерелье. Весьма приметное, в своем роде единственное, такое раз увидешь – не забудешь. Вот я и не забыл: это то самое ожерелье в виде винограда из оникса, которое было частью конкурсного костюма Карины Карапетян!

– Вот же идиотка! – звучно шлепает себя по лбу расстроенный Маврученков.

– Не деньгами, значит. Ожерельем купили! – резюмирует очень довольная мама Кобылкина.

В театре в этот момент объявили бы: «Занавес!» – и закончили представление.

В современном театре, не в древнегреческом: там занавеса не было.

Здесь, в зале суда, комедия абсурда тоже заканчивается.

Опираясь на свидетельские показания, я имею основания полагать, что решение конкурсной комиссии было несправедливым и необъективным, поскольку принималось предвзято.

Но максимум, что я могу сделать в этой ситуации, – аннулировать своим решением результаты состязания и предложить организаторам провести конкурс повторно.

– И не жалко тебе девочек? Чокнутые родители опять потащат их участвовать в новом конкурсе. – После суда Натка дождалась меня в холле. – Зачем было предлагать провести его повторно?

– Эта рекомендация необязательна к исполнению. Подержи-ка. – Я сунула сестре в руки свою сумку, чтобы застегнуть пальто и закутаться в шарф: на улице мело, свежую афишу с актрисой Песоцкой в неправильной тоге и злополучном ожерелье занесло уже по самые рюши. – И вообще, я не могу влиять на судьбу чужих девочек.