Я ее поддерживала морально и физически, Сашка с подружкой снимали этот торжественный выход на смартфоны – набирали материал для нового фильма.

По ступенькам крыльца мы спускались плотной группой – не хотелось, чтобы наша звездная Гранмадам опять упала, но во дворе Ада Егоровна потребовала предоставить ей свободу передвижения.

– Нет, нет! Я сама! – Она одним твердым взглядом отвела протянутые к ней руки и медленно пошла по дорожке, опираясь на две трости сразу.

– Так себе дефиле, – глядя в спину бывшей супермодели, негромко покритиковала Сашка.

Наступать на левую ногу, только что освобожденную от гипса, Гранмадам побаивалась и потому слегка прихрамывала, но это быстро прошло. Метров через десять, шествуя мимо игровой площадки, где стало заметно тише, потому что многие детки замерли и замолчали, с интересом наблюдая за нашей процессией, старуха выровняла шаг, распрямила спину и подняла подбородок.

Мы с девчонками переглянулись. Сашка одобрительно улыбнулась, а Маруся, не переставая снимать, показала большой палец.

Вышагивая, как по подиуму, Ада Егоровна дошла до угла дома, а там вынуждена была сдвинуться в сторону, пропуская такси. Машина шла медленно, смуглый чернявый водитель приглядывался к номерам домов. Видно, кто-то нездешний приехал по незнакомому адресу.

Разминувшись с Адой Егоровной, такси проехало еще пару метров и вдруг остановилось прямо перед нами. Маруся заворчала, что ей портят картинку, а Сашка замахала руками, выгоняя машину из кадра, как козу с огорода. Чернявый водитель не обратил на это никакого внимания – он разговаривал с пассажиром.

Вернее, с пассажиркой. Та открыла дверь и выбралась из машины, тут же повернувшись к нам спиной в чуть помятом пиджаке.

Сзади было непонятно, какого возраста эта дама – модный льняной костюм и стрижка пикси, очень эффектная на совершенно белых волосах, могли принадлежать и девушке, и бабушке. Но дребезжащий голос определенно выдавал немалый возраст.

– Аделька-сарделька… – позвала дама.

Ада Егоровна медленно повернулась, дернула головой, чтобы посмотреть сквозь удачно упавшие на глаза очки, и недоверчиво спросила:

– Ладыня-дыня?

И вдруг она заспешила, отбросила трости, протянула руки, пошла, даже побежала…

– Вот это да… Вот это сцена… Сашка, подвинься, я обойду их кругом, – забормотала Маруся и двинулась с камерой в обход обнимающихся старух.

Я засмотрелась и не сразу поняла, что меня кто-то настойчиво дергает за рукав.

– А? Что?

– Дэвушка, падскажыти, тут выехать можно? – спросил чернявый и смуглый таксист."

"– Куда угодно, – ответила я, не задумываясь. – В любом направлении. Вы разве не знаете? Все дороги ведут к нам!"