Та внимательно слушает, а когда я заканчиваю, кивает. Сразу же уточняет:

— А дальше? Ты собираешься остаться здесь, правильно?

Чуть подумав, отрицательно качаю головой.

— Это ваш мир. Сами с ним и разбирайтесь. Я хочу устранить императора по той простой причине, что он способен развязать масштабную войну и залить мир кровью, параллельно упорядочивая его на свой лад. Тогда как мне нужен хотя бы короткий период спокойствия, чтобы подготовить своих людей.

О том, что во время бегства из Дели у меня не было особого выбора, а мятеж против правителя Рима позволит безнаказанно убивать одарённых, наращивая свою личную силу, предпочитаю умолчать.

— Ты собираешься вернуться к себе? Зачем? Ведь все твои соратники мертвы, а женщина выбрала другого.

Смотря на княжну, которая совсем по девичьи ойкает, видимо поняв, что последняя фраза была лишней, озвучиваю ответ:

— Месть. Я вернусь не один. И в этот раз буду лить кровь, как воду. Раньше я жалел людей. Считал, что нельзя карать тех, чьи головы промыты пропагандой — ведь они не видят реальной картины мира. Нельзя убивать всех подряд, ведь среди них точно будут адекваты.

Нельзя использовать гражданских в своих целях.

Сделав короткую паузу, скалю зубы в ухмылке.

— Теперь мне плевать. Я вернусь назад и опустошу мегаполисы. Низвергну правительства. Сокрушу ублюдков, что зажали меня в ловушку. Убью всех, кого ненавижу. Каждый из тех, кто должен быть мёртв, отправится на тот свет. Ну а дальше, я попробую навести там порядок. Не как это сделал ваш император, а настоящий. Такой, где люди будут думать головой.

Веспасиан внезапно усмехается. Глянув на меня, интересуется:

— Думаешь такое возможно? Как показывают эксперименты, достаточно трёх месяцев плотной обработки, чтобы человек полностью изменил своё мировоззрение и начал верить в новые идеи.

При условии, что разработкой информационной концепции занимались грамотные спецы, а доступ к альтернативным источникам информации отсутствует.

Постановка вопроса слегка раздражает, но есть и солидный плюс — проконсул больше не опасается меня. Вернее, он всё ещё напряжён и наверняка выстраивает в голове схемы противодействия. Но при всём этом, та смешанная со страхом ярость, что ещё недавно бушевала внутри его разума, отступила.

"

"Скорее всего он предполагал, что я хочу заменить правителя Рима на троне и сам возглавить империю. Либо превратиться в закулисного серого кардинала. А услышав о том, что мой план состоит в возвращении домой, слегка расслабился.

— У них будут альтернативные источники информации. Столько, сколько потребуется. Я оставлю за собой достаточно полномочий, чтобы за этим проследить.

Проконсул снова демонстрирует мне зубы.

— При таком раскладе легко войти во вкус и стать полноценным диктатором.