А когда уволился, неизвестно с какого переляка возвратился на историческую родину. На гребне умиления демократией и бардака девяностых Леон сумел скоро получить российское гражданство, на чем его везение и закончилось. Помыкавшись по городам и весям «могучей и необъятной», он осел тренером у Бурнаша. Отлично владел рукопашным боем, в чем Петр убедился на собственном опыте. Опять же по слухам, бывший капитан был неоднократным чемпионом Легиона в этом виде спорта. Вот, пожалуй, и все, что было известно Петру о Леоне.

«Курд» Осман — Петр так и не разобрался, настоящее это имя или кличка, — если не принимать во внимание отсутствие вкуса в одежде, внешнем виде и проблемы в воспитании, заслуживал уважения как искренний поклонник боев без правил.

Уже года четыре его команда болталась в самом низу турнирной таблицы, и каждый раз в начале сезона Осман заявлял, что уж на этот раз его бойцы обязательно возьмут первое место.

Команда Османа с трудом удерживалась в премьер-лиге, и все межсезонье он рыскал по клубам и спортсекциям боксеров, борцов и рукопашников, выискивая по-настоящему талантливого бойца.

В этом году ему, похоже, повезло. Где-то в предгорьях Кавказа, то ли в Адыгее, то ли в Кабарде, Осман отыскал Азамата.

Парень если и занимался борьбой, то не более чем какой-то ее местной горско-аульной разновидностью. Также и о боксе имел смутное представление. Однако держал удар, как тот бык, которого в лоб кувалдой не возьмешь, и шел в атаку воистину психическую, тараном, неистово молотя противника. Кулаки размером с хорошую дыню, широченная грудная клетка, ноги-столбы и иссиня-черная небритая физиономия абрека мирно сосуществовали с детской непосредственностью.

Дитя гор в первозданной чистоте и неистовстве — такую характеристику выдал Азамату Леон.

За весь сезон Петру не пришлось встретиться с юным горцем — так сложилось расписание. Из «драконов» поимел удовольствие биться с ним лишь Стас. Он продержался всего полтора раунда и был послан Азаматом в глубокий нокаут. Его определение боя вышло коротким, но емким: «Как будто паровоз наехал...»

Готовясь к полуфиналу, бывший легионер и Петр просмотрели пленки с записями боев Азамата. «Паровозный» стиль парня не менялся от схватки к схватке, от каратиста и боксера до рукопашника и ушуиста.

Всех он брал мощью, молотобойным натиском и абсолютной невосприимчивостью к ударам соперника. Леон, который раньше мог деликатно и профессионально посоветовать Петру, как ему строить схватку с тем или иным противником, лишь пожимал плечами и скептически качал головой. О каком построении боя можно было говорить, если его строил Азамат — незатейливо и победно. С первых секунд он бросался на противника и бил его с неутомимостью машины.