Глава 12

Нет страшнее зверя

В душе, сквозь шум воды, Петр услышал доносившийся из раздевалки радостный бас Павла Ивановича Бурлакова, официального спонсора команды «драконов». Бурнашу было чему радоваться. Они взяли первое командное место в премьер-лиге по очкам. И в личном зачете за звание чемпиона года боев без правил Петр только что выиграл финальный бой. Суперфинал сезона должен был состояться через две недели в Москве. Ему предстоит сразиться за звание абсолютного чемпиона премьер-лиги с держателем этого титула, который три года подряд выигрывал суперфиналы.

— Петруша, ты бы видел, как Осман с ума сходил, когда ты его бойца, как пацана, сделал. Он, конечно, пацан и есть, но ведь до тебя никто его завалить не мог. Вся толпа от твоей присядки причумела и на бабки круто подсела. А Осман чуть мобильник от злости не сгрыз. В начале сезона, помнишь, как пальцы веером круто ставил, типа, мой Азамат будет в этом году чемпионом. Щас, побыл...

Петр аккуратно уклонился от объятий возбужденного Бурнаша."

"Он помнил и начало сезона, и отборочные бои. Осман с его самородком Азаматом также хорошо запомнились.

Жгучий брюнет с тонкими миллиметровыми усиками над губой и «гайкой»-перстнем с огромным изумрудом, не вызывающим сомнений в его неподлинности, Осман именовал себя курдом, бежавшим в Россию от турецкого геноцида. Правда, Леон однажды, проходя мимо, бросил ему пару обидных фраз, причем одну произнес по-курдски, а вторую — на турецком языке. На этот наглый демарш «представитель» гордого народа лишь вытаращил глаза и промычал нечто невнятное.

Потом, уже в раздевалке, Леон ворчливо буркнул под нос что-то необидное про цыган.

Самое интересное, сказанное им на турецком Петр понял очень даже ясно и без проблем мог бы ответить, своему тренеру и секунданту. А вот курдскую речь он разобрал, но с трудом. Знание языков его не удивляло, как и не несло новых знаний о себе. Вернее, знания являлись, но не вскрывали того глубинного пласта сознания, который хранил его истинную сущность. Свободное владение английским, испанским, чуть хуже — немецким и французским, а позже — открытие знаний и восточных языков Петр скрывал от окружающих. Так, на всякий случай.

А вот языковые познания Леона, как правило, неглубокие, за исключением французского, на уровне бытового общения, никого не удивляли. Их, как и имя, сокращение Леонида, он принес из французского Иностранного легиона. Об этом Петру поведали «дракончики» Стас и Костя, его коллеги по бурнашовской команде. Правда, сведения о биографии тренера были туманны и приблизительны. Будто бы он из семьи эмигрантов какой-то ранней волны и родился в Бельгии. Служил в Иностранном легионе и дослужился до капитана.