– Как же ты теперь будешь? – с сочувствием спросила я, когда Светка зашла ко мне попить чаю вскоре после развода. – Даже и по документам непонятно.

– Как-нибудь, – безразлично сказала Светка, похожая на манекен в витрине ДЛТ. – Я теперь вообще все устрою. Как не фиг делать.

– Что ты устроишь? Как? – не поняла я.

– Как захочу, так и устрою, – объяснила Светка. – Мне ведь теперь все равно. Значит, могу жить, ни на что не оглядываясь.

– Я тебя не понимаю, – призналась я.

Светка молчала, и я попыталась разобраться сама.

– Сейчас ты переживаешь разрыв с Романом. Но ведь у вас уже давно было плохо. Да чего там – с самого начала можно было предположить… Ты его, конечно, любила, это я помню. А он об тебя разве что ноги не вытирал. Но теперь-то все кончилось. Только вот с Настей непонятно… Но и это как-нибудь решится, в конце концов. Ты молодая, красивая и энергичная, сделаешь карьеру, встретишь еще человека, которого сможешь полюбить…

– А вот это – фигушки! – неожиданно взвизгнула Светка. – Не будет этого больше! Хватит мне этой любви, нахлебалась досыта на всю оставшуюся жизнь! Я теперь буду действовать, как мне мать с самого начала советовала: семь раз отмерь, один раз отрежь. И уж поверь мне: отмерю как следует, не ошибусь! Вот увидишь: стану богатой, спокойной и счастливой…

– Света, это сейчас в тебе обида говорит… – попыталась возразить я.

– Ничего подобного, Анджа, – холодно заметила Светка. – Никакой обиды уже не осталось. Вообще ничего не осталось. Да тебе этого все равно не понять, ты у нас идеалистка…

Уж кем я себя никогда не считала, так это идеалисткой. Но Светке, жалея ее нервы, возражать не стала. И, как выяснилось чуть позже, правильно сделала. Потому что весь, впервые тогда озвученный план Светка в последующие годы полностью воплотила в жизнь.

Вторым Светкиным мужем стал Израэль Наумович. Он дарил Светке изящные, собственного и чужого изготовления браслеты, кольца и кулоны с драгоценными камнями, приносил кофе в постель, мыл ее в ванне и вообще всячески баловал, относясь к ней скорее как дочери, чем как к жене. Впрочем и как женщина Светка его, по-видимому, не разочаровывала. Даже в гостях Израэль Наумович старался незаметно дотронуться коричневыми пальцами до белой кожи Светкиных полных и в самом деле красивых предплечий, а когда просто смотрел на нее, его небольшие, глубоко запавшие глазки как-то подозрительно, ювелирно светились. На Светкино двадцати пятилетие Израэль Наумович превратил в доллары почти все свои сбережения и купил молодой жене красную иномарку. Светка моментально закончила курсы вождения и как будто бы срослась с комфортной машинкой, которую сразу же ласково прозвала «крокодильчиком».