Влезать в стопроцентно предсказуемый разговор с пьяным афганцем-инвалидом, который считает, что все, от соседей до нынешнего президента, что-то ему должны, не хотелось совершенно.

– Ты, что ли, мститель-то? – укоризненно вступила Фрося. – Костыли подбери… И кому мстить-то? Небось с таким же бедолагой подзаборным из-за бутылки схватился… Тот проспится, сообразит, что натворил, сам с повинной в отделение прибежит… Посадят его, и еще детки сироты… Сколько уж у нас тут такого было, а все никак уняться не могут…

– Жизнь горькая, оттого… – вроде бы соглашаясь с Фросиной трактовкой событий, пробубнил Семен. Его крупная, полуседая голова уже клонилась на грудь.

– Семен, идите к себе в комнату, – предложила я. – На коммунальной кухне спать решительно неудобно. Хотите, я вам костыль подам?

– Слушай, Анджа, а почему ты мне столько лет, и все выкаешь? – заплетающимся языком спросил Семен. – Что за выкаблучка такая? Мы с Фросей тебя на «ты», а ты нам все «вы» да «вы»?

– Мне так удобней, – сказала я.

– Не-ет, – проблеял Семен и улыбнулся хитрой, как ему, наверное, казалось, улыбкой. – Ты мне разъясни, тогда я и спать пойду. Ты думаешь, я тебя понять не в… не в состав… не в состоянии?

Я тяжело вздохнула, предвидя продолжение дискуссии.

По счастью, пришла Дашка, которая всегда умела договориться с пьяным Семеном, и быстро увела из кухни.

– Фрося, вы действительно думаете, что Федора убил кто-то из его приятелей алкоголиков? – спросила я.

– Дай-то бог! – неожиданно заявила старушка, печально склонив над кастрюлей желтовато-седую, одуванчиковую голову. – Дай-то бог!

– Фрося! Что вы говорите?!! – вытаращилась я. – Объясните!

Но никаких подробностей так и не услышала. Когда находились тому причины, разговорчивая Фрося становилась железным сейфом. Старая школа.

Глава 1. Нехорошая квартира

Следует заметить, что при любом уровне врожденной или удачно воспитанной доброжелательности никто и никогда не назовет меня хорошим или привлекательным человеком.

Я не слишком-то люблю и уважаю окружающих меня людей, давно равнодушна ко всем на свете идеям и идеологиям, не признаю существования Бога или богов. В связи с вышесказанным я не верю в наступление царствия Божиего, в торжество идеалов демократии и гуманизма, в удвоение ВВП в указанные правительством сроки, в целительную силу БАДов, в то, что «коммет» убивает микробов под ободком унитаза (интересно, зачем это нужно?) и т.д. и т.п.