Она забылась в беспокойном сне и проснулась только тогда, когда пилот объявил, что самолет приближается к Хитроу.

Глава 10

Лондон, казалось, ничуть не изменился. Даже облака были все того же матово-серого цвета, который приезжие считали неотъемлемой частью погоды в Англии. Садясь в самолет перед вылетом в Нью-Йорк, она оставляла позади серое небо, а теперь возвратилась к нему. Казалось, что минувшие месяцы не более чем сон, но безмолвная боль в сердце была слишком сильной, и забыться она не могла.

Лондон, возможно, и остался таким же, но зато сама Грейси чувствовала, что стала на несколько лет старше. Она уезжала в Нью-Йорк собранной и даже несколько холодноватой молодой женщиной. Вся ее жизнь была четко пронумерована и разложена по полочкам, и места для непредвиденного не оставалось. Между ее стройным прошлым и беспорядочным настоящим не было никакого сходства."

"Перед вылетом из Америки она предусмотрительно позвонила своим агентам по недвижимости, предупредив их о том, что очень скоро возвращается в свою квартиру, и просила подыскать какое-нибудь другое место для своих жильцов. Женщина, с которой она разговаривала, оказалась не в восторге от возникшей ситуации, но в конце концов была вынуждена смириться. Возможно, по тону голоса Грейси она поняла, что, как бы это ни было огорчительно, другого выхода нет.

Когда черное такси остановилось у ее дома, Грейси опасалась, что, войдя в квартиру, застанет там массу незнакомых лиц, так как не оставила своим жильцам времени на то, чтобы освободить помещение, но, открыв входную дверь, она попала в пустые комнаты.

Она сгрузила все свои сумки и чемоданы, прошла через комнату к окну и уставилась невидящим взглядом на улицу, не зная, что делать дальше.

У нее было тяжелое, гнетущее чувство. Она понимала, что должна начинать строить свои планы и в первую очередь устроиться на службу, но, как только ее мозг включался в работу, он тут же начинал идти по неприятному пути – перед глазами появлялись тревожащие и несвязные обрывки воспоминаний о Моргане и о вещах, о которых ей не хотелось думать.

Куда девалась ее логика, которая ей сейчас была нужнее всего? – спрашивала себя Грейси. Никакой от нее пользы, это ясно. К тому же она чувствовала, что у нее нет сил следовать ей. Она тяжко опустилась на диван и закрыла глаза.

На нее нахлынули воспоминания о Моргане, и она не пыталась отгонять их до тех пор, пока не почувствовала, что в ее сознании не осталось ничего, кроме ярких и болезненных представлений о нем. Она попыталась представить себе, как он отреагировал на ее отъезд.

Он был, конечно, ошеломлен, она это понимала, но вместе с тем, вероятно, испытал и некоторое облегчение.