Когда ты уехал, я испытала только облегчение. Я люблю Артура, мы встречаемся. Пойми меня, пожалуйста. Я устала от бесконечных массажей, процедур, инвалидной коляски. Я не хочу тратить свою молодость на инвалида. С Артуром я поняла, каким может быть нормальный секс, а не так как с тобой. Ты еще найдешь свое счастье. Прости»."

"Я даже телефон переворачиваю, чтобы убедиться, что это мой. Открываю видос, сначала идет приписка.

«Это Артур. Ты меня заблокировал, но я больше не могу смотреть, как мучается Ангел. Она не любит тебя, она тебя просто жалеет. А у нас любовь, мы встречаемся. Если ты мужик, а не сопля, отпусти ее, оставь ее в покое. Это видео записано скрытой камерой, у меня сегодня днюха, если ты помнишь. И мой Ангел меня поздравляет. Забудь ее, Каренин, она не твоя».

Задеревеневший палец сам нажимает на воспроизведение, и я несколько минут смотрю на экран, где моя бывшая любимая лижется с бывшим лучшим другом.

Это она, Ангелина. Не монтаж, съемка очень качественная. Она сидит верхом на Артуре, он упирается спиной о спинку дивана. На ней ничего, одни только трусики. Ее глаза закрыты от удовольствия, голова запрокинута, шелковые волосы струятся по голой спине.

Сам Артур без рубашки, но в джинсах. Одной рукой мнет грудь Ангелины, вторую запускает ей в волосы и тянется ртом к торчащему соску. Я смотрю как он его лижет, и к горлу подкатывает тошнота. Меня сейчас реально вырвет на экран.

Сука. Какая же она тварь. Ей нравится, иначе не закатывала бы так глаза.

Трясущимися руками набираю ее номер — звонок сбрасывается. Звоню через мессенджер — то же самое.

Все ясно. Я в черном списке. Охуеть.

— Сынок, — слышу трагичный шепот, — сыночек, ты посмотрел?

Разворачиваюсь всем телом.

— Ты знала? — мне самому страшно, как звучит мой голос. — Это ты попросила ее прийти, чтобы я не сдох?

Мать обнимает себя за плечи, ее голос дрожит.

— Я так боялась за тебя, сыночек. Да, это я ее попросила. И она согласилась. За деньги…

— Что? — мне кажется, я ослышался. — Какие блядь деньги?

— Вот… — мать роется в своем телефоне и протягивает мне. — Она мне тоже написала…

Смотрю на экран и словно в пропасть проваливаюсь. Там сообщение от Ангелины:

«Я отказываюсь от наших договоренностей, Анна Александровна. Если бы операция помогла, я бы возможно еще подумала, но извините, возиться с инвалидом всю свою жизнь я не собираюсь. Это ваш сын, наймите ему сиделку. А мне больше не звоните. Всего хорошего».

— Я написала ей, что операция не удалась, — с раскаянием шепчет мама. — Прости, сыночек, я ей тоже поверила, думала, она к тебе привязалась… Вот, решила проверить…

Я хватаю из ее рук телефон. Все сходится. Видео, оба сообщения Ангелины отправлены в один день примерно в одно и то же время.

— Зачем, мама? — выдавливаю глухо.