И поразилась — насколько же ему безразлично личное счастье собственной дочери.

— Думаю, он говорит мне о том, что ты сможешь быть рядом… даже после моего брака с Бриджид, — зло выплюнул Райлен. — А взамен он не раскроет тайну твоего происхождения. Как будто я поступлю так с тобой… как будто соглашусь после того, как он пытался тебя убить — много раз, пусть и чужими руками! Но как он узнал?!

— Это неважно, Райлен. Мы пойдём — вдвоём…

— Ни за что! Это навсегда оставит тебя под угрозой!

— И именно на это он и рассчитывает, разве ты не понимаешь? Что ты не рискнёшь, что оставишь меня здесь… Но сколько можно поддаваться его игре, интригам? Он потихоньку давит, продавливает, изображает союзника, а на самом деле загоняет тебя в ловушку…

***

Райлен из клана Блэкторн

Ярл стоял на вершине скалы, укрытый тёмным плащом, и Даниэла была рядом с ним — по правую сторону, как и должно быть всегда. Высокая, прекрасная, гордая, она хмуро смотрела вперёд, ожидая неприятностей.

Потому что у вулкана Калту их ожидала объединённая армия сорока ярлов.

Райлен сделал всё, чтобы она не приехала сюда, но в итоге Дани просто заявила, что выберется, выжжет себе путь — куда бы он её ни посадил. И тогда Рей решил, что пусть уж она будет рядом с ним, и они встретят все проблемы плечом к плечу, чем где-то порознь. Он вообще боялся, что если не будет видеть Даниэлу каждую секунду, то сойдёт с ума от волнения.

Какое-то время они двигались так же, как раньше — окружив Даниэлу щитами со всех сторон, — и количество недружелюбных взглядов, брошенных на неё, заставляло Райлена сгорать от ярости.

Как они не понимают, что он может убить их всех ради неё? Что бросит Айзенвейл, не раздумывая, в ту же секунду, если Дани решит уехать?

Последние два дня они двигались вдвоём, и каждую ночь Райлен спал поверх Даниэлы, боясь, что на неё нападут во сне. Наверное, ей было тяжело дышать, и в первую ночь она даже пыталась что-то там возражать, но эта поездка являлась компромиссом. Они оба должны были частично отказаться от комфортных решений. Либо так, либо никак, и опять ругаться."

"А ему хотелось совсем не ругаться. Хотелось отдавать всего себя, чтобы Дани даже не помнила, кто она и какой сегодня день. Хотелось быть вокруг неё, внутри неё, далеко-далеко, только они вдвоём. Зачем ей все эти люди вокруг?

Чем ближе они приближались к вулкану, тем острее становились чувства Даниэлы. Она часто закрывала глаза, выпадала из реальности на часы, чувствуя каждого человека вокруг и даже предсказывая, какого… размера и силы был человек.

— Я чувствую даже их кровь… Только здесь чувствую, принадлежат ли они этой земле или нет. Такое единение… — с улыбкой говорила она, словно хотела остаться здесь навсегда.