И на какое-то время наша Нюра стала незаметна, потому что с девками приводили там все в порядок, превращая холостяцкую избу в дом со светлицей и уголком-спаленкой. С вышитыми накидушками, строчеными шторками-«задергушками» и половиками разной цветастости.

Глафира переехала жить в кухню и ныла на тему своей незамужности, скоро перерастущей, по ее мнению, в стародевичество. Я приводила в пример себя, потому что были мы ровесницами. Но подруга считала, что я – дело решенное, и брак с Осипом спас меня от незавидной доли.

Глава 59

Моя вторая осень в Верхнеуральске, да еще и в девятнадцатом веке полностью вступала в свои права. Кто бы мог подумать, что я, человек, не хватавший звезд с неба и всегда думающий только о насущном, буду всю душу отдавать искусству.

Да, наши работы, если пока не знали и не узнавали, но для меня они стали такого размера шагом, что только успевай «расширяй юбки».

Заботы моей прежней жизни были настолько насущными, что вся красота, вся объемность этого мира прошли мимо, не коснувшись меня, даже когда за спиной остались тяжелая работа и забота о сыновьях, которым хотелось дать то, чего лишена была я: возможностей.

И когда я вспоминала свою прежнюю жизнь, понимала, что крепостной я была тогда! И держала себя в этих рамках тоже я сама. Не умела жить иначе? Не могла себе позволить что-то для души? Вероятно!

В начале ноября мы развезли наши шкатулки с одним единственным сюжетом миниатюр по лавкам купцов и крупных торгашей. Но в первую очередь я завезла из в магазин в Троицке.

Сама съездила в Оренбург и выбрала там несколько крупных лавок. На пробу отправила в один неприметный магазин в Петербурге, как-то связанный со знакомыми Лидии. Все это решилось одной перепиской.

К середине ноября о наших шкатулках заговорили. Начали появляться плохонькие подделки, но любой моментально понимал, что это совсем не оригинал. А к концу месяца, когда мы отправили по тем же точкам шкатулки со второй миниатюрой, слухи о нашей мастерской достигли Петербурга со всей громкостью. И, как я и планировала, стали дорогими модными безделушками. О них говорили, спорили и гадали, что будет изображено на следующих шкатулках

Мы расширяли мастерскую, делая в ней несколько отдельных комнат, чтобы каждый очередной этап происходил в следующей. Осип обучал еще двоих мастеров, занимался покупкой краски и лаков. Мне нравилось, что он не отходит от дел полностью.

Поставщик краски и лаков сильно снизил нам цены, потому что уже знал, что мы делаем и сколько это стоит. За это мы просто не скрывали, где берем материалы.

А я тайком от всех переписывалась с Евгением! Каждые пару-тройку дней, как только почта приходила к нам в городок, мне несли не меньше трех конвертов. Евгений писал мне каждый день.