Вот так же, приперся под утро, вытащил из кровати от непонятной бабы, это еще до Лены было, и долго выворачивал душу, прихлебывая трясущимися руками какую-то крепкую дрянь. А он слушал. И даже чего-то говорил. Пацан, на десять лет меня младше. Что-то говорил. Не сказать, чтоб умное. Но охереть, какое нужное.

А потом мы и замутили эту тему с поездкой. И подтянули придурка-Коляна, из-за которого обломилась нам Америка.

И вот кто ж знал, что после этой поездки я другана и потеряю? Что станет вольный волк Даня домашним псом? Я-то думал, что вся эта тема с училкой уже в прошлом у него.

Вроде как, он в себя пришел, даже стал баб других трахать более-менее часто. А нет. Встретил на свою голову прошлую нержавеющую любовь, натворил дерьма, которое я и расхлебывал потом, как будто мне своего мало.

А у меня еще и Татка в тот момент как с цепи сорвалась, такое творила, что я седел буквально, только на фотки глядя!

Короче говоря, плохое было лето. Для меня лично.

Друга потерял. Татку упустил. Хорошо, хоть с бизнесом все шло ровно, хотя конкуренты тоже появились. Но конкуренция еще никому не вредила, так что все было норм.

И я даже яйца научился поджимать, чтоб в сторону сестренки не раскатывались. Короче, усиленно ловил дзен.

И вот на тебе.

Поймал.

Птицу-счастье в своих лапах держал — и упустил.

Потому что сам дурак, нечего было вообще все это дерьмо начинать.

Но не удержался.

Не смог.

Все же и сжатая пружина может разжаться. Или сломаться, нахрен.

Вот я и сломался.

А она… Она, похоже, поняла, что я не герой ее романа. Правда, я так и не понял, почему. То ли ей не понравилось то, что я делал… Хотя это бред. Мне не пятнадцать, и с бабами обращаться я умею.

И реакцию считываю. Так что все ей нравилось. И очень даже.

Значит, просто поняла, что не надо ей это. Вспомнила о родственных связах. И это с ее стороны было куда как умнее, чем с моей. Потому что я-то свихнулся. И себя потерял. В ней растворился. Улетел.

Ну, ничего, меня быстро вернули на этот свет.

Короче говоря, весь этот бессвязный бред я вывалил на молчаливого Даню, когда зубы от холода перестали стучать.

— А ты не думал, что она, может, по другой причине, а? — Выдал он мне итог моего дебильного спича.

— Какой? Парень? Да не смеши! Это явно левый чувак, он и не знает ничего про нее, иначе бы не вел себя так борзо. Значит, подцепила недавно. А она не такая, чтоб с малознакомым придурком спать. И парнем его считать.

— Нет… — Даня помолчал, подумал, — хату проверял? У тебя никто тут ничего не забыл? Из шалав твоих? Ну, там трусы, резинки, клок волосни, хрень какую-нибудь бабскую? Они это любят делать.

— Не смотрел… — а вот с этой стороны я чего-то и не подумал даже. В голову не пришло, реально.