Они плюхнулись рядом с Касимовым, и пока тот шипел, чтобы они перестали реветь: вы пугаете кота, кому сказано – пустырник и корень пиона, да не тискайте вы его, дайте прийти в себя человеку; пока гладили кота в шесть рук, а Яков Соломонович негромко похрюкивал, щуря единственный глаз; пока Касимов, не выдержав, утыкался в его вонючий загривок, обливая совершенно очумевшего Якова Соломоновича слезами, – за это время Бабкин вышел из магазина, поднялся к машине, взял из салона забытый телефон и вернулся в подвал.

Все трое подняли к нему заплаканные лица. Кот, казалось, облегченно выдохнул.

– Фото надо сделать, – твердо сказал Сергей, присел и сфотографировал Якова Соломоновича четыре раза с разных ракурсов, а потом еще два – на всякий случай.

Глава тринадцатая

1Утро воскресенья выдалось тихое, как часто бывает после дождя, и безоблачное. Наташа поднялась по ступенькам досугового центра и потянула на себя тяжелую дверь.

На воскресенье была вся надежда. Занятий в «Атланте» не проводилось, досуговый центр был так же тих, как утренний парк. Густо ложился солнечный свет на метлахскую плитку в фойе. Царила восхитительная тишина – тот особенный вид тишины, которой наполняется обычно многолюдное здание, когда все покидают его. Наташа остановилась, задрала голову к высокому потолку, внимая этому прекрасному беззвучию.

Хотя лучше бы поторопиться.

Во-первых, в будни ей не прорваться в бухгалтерию. Не пройти дальше Людочки и Наденьки, милейших дам, с которыми не раз гоняли чаи и обменивались новогодними сюрпризами. Несмотря на это, милейшие дамы и близко не подпустят ее к своей документации.

Во-вторых, Наташа опасалась, что со дня на день ее попросту уволят.

Нет, действовать следовало быстро.

Она представилась себе пиксельным человечком, который должен добраться до цели, перепрыгивая с одного этажа на другой.

Первый уровень – базовый. Ифрит в сторожевой башне."

"Не догадываясь, что его повысили до джинна, в будочке охранника сидел Николай Степанович Панков, уткнувшись в телефон. Наташа еще от дверей надела устало-деловитое лицо и, выдерживая темп, чтобы дать Панкову время привыкнуть к ее появлению, неторопливо пересекла фойе. Она специально надела туфли на невысоком каблуке. Кроссовки понижали ее шансы проскочить мимо ифрита.

«Многоступенчатая система безопасности!» – вещала Коростылева. Безопасности уделялось очень много внимания. Каждый кабинет запирался на свой ключ, и все ключи выдавались только на рабочую смену. Что могли утащить сотрудники – бог весть! Наташа даже вазы принесла свои, из дома. В то же время входная дверь «Атланта» запиралась только на ночь.