Я тихонько застонала и пробормотала:

— Я собиралась принести ему торт, который испекла вчера вечером.

— Где он? Он у тебя с собой? — воодушевленно спросил Данил.

— Он дома. Я собиралась забрать его, а потом приехать в больницу, — я снова грустно вздохнула.

— Хреново, — последовала затяжная пауза, а затем он спросил: — Хочешь поговорить с Лехой?

Я тут же торопливо ответила:

— Да, конечно, хочу.

— Сейчас, подожди.

Сначала на другом конце провода было тихо, но потом послышались шаги и звук открывающейся двери.

— Эй, эгоистичный придурок. С тобой хотят поговорить, — услышала я голос Данила.

— Кто?

— Моя мать. Кто это, блять, по-твоему?

Леша что-то неразборчиво пробормотал, а Данил разразился фыркающим смехом.

— Ксюша? — ответил в трубку Леша.

— Я узнала, что ты сейчас выписываешься из больницы, — тут же сказала я.

— Да, это так. А что?

— Хочешь, я приеду?

— Нет, не надо. У тебя универ.

Я прикусила губу и с трудом удержалась от того, чтобы шмыгнуть носом от разочарования.

— Но у меня сейчас окно. Я могу…

— Нет, — резко отрезал он.

Черт возьми!

— Ты уверен, что не хочешь, чтобы я приехала? — повторила я, надеясь, что он передумает.

— Да. Папа здесь. Даня тоже здесь. Так что, учись и не отвлекайся от учебы.

Мои плечи разочарованно поникли и я уставилась на свои ботинки.

— Еще вчера ты не был против, чтобы я пришла на твою выписку, — пробормотала я обиженно.

Он шумно вздохнул и ответил:

— Я не знал, что выпишусь так рано.

— Я могу приехать к тебе домой после пар, — предложила я альтернативу.

— Нет. Увидимся в субботу, хорошо? Я заеду за тобой и заберу на вечеринку Черепа.

— В субботу? — ошеломленно спросила я. — Это же через два дня. Разве мы не можем…

— Я позвоню тебе позже.

Пришел врач. Попроси Градова подкинуть тебя до дома, хорошо?

— Леша…

Связь оборвалась. В шоке и недоумении я отняла телефон от уха и уставился на него.

Я думала, у нас все наладилось.

Леша больше не был холоден по отношению ко мне. Он меньше хмурился и время от времени ухмылялся и подшучивал надо мной, как раньше. Вчера вечером он даже поговорил со мной о своей матери.

Так почему же он снова так резко изменился?

Неужели я ошиблась, подумав, что у нас все наладилось?

Я сделала что-то, что разозлило его?

Или у меня была просто паранойя?

Вопрос за вопросом проносились в моей голове и я изо всех сил пыталась ответить на них, но не могла.

Расстроившись, я опустила руку и громко выдохнула.

— Простите, что отвлекаю.

Донесся до моих ушей голос и я, медленно повернув голову, подняла глаза. Они расширились, когда я поняла, кто ко мне обратился. Вскочив на ноги, я почувствовала, как кровь отхлынула от моего лица.

— П-простите, — заикаясь, пробормотала я, обращаясь к ректору университета, стоявшему на верхней ступеньке лестнице.