Придет пора мылить лыжи в сторону дома. Туда, где ждет меня прежняя спокойная жизнь, где есть мой сын, по которому я уже начинаю скучать, где есть мой рабочий стол, ежедневное ворчание Вагнера, мои книги и статьи, как спасение от скуки.

Подумав обо всем об этом, мне вдруг яростно захотелось продлить последние часы своей яркой жизни в объятьях долбанутого миллиардера. Это жизнь, к которой я никогда не вернусь. Еще пару часиков… Пусть побудет рядом еще пару часиков, так тепло. Как-то…

— Миша.

— О, какие мы ласковые. Что-то хочешь?

— Хочу, — сладко зевнув, перевернулась на бок и почти уперлась носом в его супер идеальный пресс.

 — Попросить тебя хочу. Об одолжении.

— Ооо, я в шоке. Вагнер что-то просит у миллиардера?! Неужели деньги? — его пальцы скользнули под мой халат и нащупали там холмик груди. Довольно ласково стали мять ее, доставляя мне этим сладкое удовольствие.

— Исполнишь?

— Раз ты просишь — исполню, — сказал он так серьезно, что мне захотелось расхохотаться.

— Это грязное пожелание. Но я хочу его сделать, — сказала, уже почти совсем отключаясь.

— Я слушаю.

— Завтра, когда проснешься, не уходи сразу.

Я хочу на прощание сделать тебе минет и хочу… хочу, чтобы ты мне за него что-нибудь подарил. Пусть это будет что-нибудь очень дорогое. Хочу… — эти слова произнесла совсем медленно, окончательно ныряя в сон, — хочу, чтобы этот… подарок своей дороговизной напоминал мне об этом путешествии… когда… когда вернусь к…

Не договорила. Вырубилась на полуслове. Слышал он или нет. Исполнит или нет… Сон, мягкий сон, меня ждут пушистые белые облака и приятная сказка дядюшки Морфея.

Глава 18

Черт подери! Не спал полночи, потом уснул в той же позе, как и был.

Я, полусидя на ее кровати, а головка невыносимой Вагнер у меня на животе. Боялся пошевелиться, чтобы не спугнуть ее. А рано утром вернулся в сознание от того, что моя эрекция чуть было не разорвала к чертям мой пах! Это было приятно, черт возьми! Это было настолько вкусно, что я с трудом удержался, чтобы не взять возмутительницу своего спокойствия силой! Вовремя вспомнил про свое обещание.

Но что же она вытворяла! Маленький, горячий язычок облизывал меня с таким наслаждением, как будто его хозяйка в жизни не пробовала ничего вкуснее.

Я очень хотел смотреть на нее, на то, как она это делает, ловить каждую эмоцию на ее живом лице, забрать себе все ее неподдельное удовольствие. У меня это не получилось. Уже на середине, когда ее губки обняли мою разгоряченную плоть, глаза застелил разноцветный туман, а пульсация сердца подскочила к гландам! Я не совру, если скажу, что это был лучший минет в моей жизни. Да, я не монах. Пробовал многое, и меня пробовали многие. И здесь дело совсем не в мастерстве или красоте исполнительницы.