Почему я раньше не подумал о том, что если припрусь раньше, то придется отдуваться и удовлетворять мамкино любопытство относительно будущей невестки.

Она усаживает меня за стол, садится напротив и с жадно горящими глазами ждет увлекательного рассказа. Отец отсвечивает у нее за спиной и явно тоже не против послушать про Верочку, а я не готов про нее говорить. Потому что сегодня полночи вместо того, чтобы спать, опять думал о ней.

– Работает, – скупо киваю.

– Матвей говорит, что она умница, красавица, скромница. Да?

Мама смотрит на меня с такой надеждой, что мне неудобно говорить, что на самом деле Верка та еще оторва. И если ей на пути встретится маньяк-трясун, то она запросто загонит его в угол, выпорет крапивой и по возможности запинает. Так что:

– Да. Именно такая.

– Ну и как она тебе? Понравилась? Хорошенька? В твоем вкусе?

Боже, мама… Как ты умудряешься задавать такие вопросы, что они наотмашь бьют по болевым точкам.

– Совершенно нет, – категорично качаю головой, – не понравилась.

У нее разочарованно вытягивается лицо.

– Что, совсем-совсем не понравилась? А мы думали, что…

– Мам, я ее знаю, всего пять дней. Выводы делать не могу. Работает хорошо, старается. Но главное, чтобы Матвею нравилось – все остальное неважно.

– Ты прав, – немного расстроенно соглашается она.

– Да не переживай ты так. Сейчас приедут и сама все увидишь, – ободряюще сжимаю ее ладонь.

– Уже едут, – внезапно выдает отец и у меня сердце ухает куда-то под коленки. Дергаюсь. Мать, до сих пор сжимающая мою руку, удивленно поднимает брови:

– Ты чего?

– Испугался, – вру.

– Эх ты ж надо, пугливый какой, – хмыкает батя, – идем встречать.

Родители идут первыми, а я ползу следом, нога за ногу, словно секундная отсрочка может меня спасти.

Выхожу на крыльцо, как раз в тот момент, когда Мет выскакивает из тачки, оббегает ее спереди и распахивает пассажирскую дверь, помогая Вере выбраться из салона.

На ней сегодня легкий голубой сарафан в пол, без лямок. Я зависаю на открытых плечах и на собранном мелкими складками верхе выреза, держащегося на груди.

Приваливаюсь плечом к косяку и, с трудом глотая, смотрю, как она смущенно, но в тоже время с обожанием улыбается Мету, а он обнимает ее за плечи, притягивает к себе и по-хозяйски целует в висок.

Мне хана.

Глава 7

Верочка"

"– Ты готова? – спрашивает Матвей, когда мы заруливаем во двор уютного двухэтажного коттеджа.

– А ты? – возвращаю вопрос.

– Понятия не имею, – смеется он, – я никогда в жизни не приводил девушек знакомиться с родителями. Вообще не представляю, как это делается. Так что считай, у меня сегодня первый раз. Девственно практически лишаюсь.

– То же мне, девственник нашелся, – улыбаюсь в ответ, – у тебя столько девок было, что и не сосчитаешь.

– Не преувеличивай.