Правда, ожидать, что все прочее в исправном состоянии, особо не приходилось. В доме, где никто не живет, все разрушается само собой.

Под скрип ступенек, по которым поднялся Рамиро, мы прошлись по первому этажу, раздвигая шторы, открывая окна настежь, и даже отперли дверь черного входа. Очень не хватало свежего воздуха.

– Это вы зря, – перевесился через перила на втором этаже мальчишка. – К вечеру будет совсем холодно. А то и морозец ударит, – и напыщенно добавил, явно услышав от кого-то из взрослых, – вам тут не столица.

Да уж. Обманчивая погода этой весной и в столице не радовала, а уж тут на севере… Впрочем, что ж нам теперь задохнуться, что ли? От одной мысли, что придется потревожить чехлы и поднять клубы пыли, становилось дурно.

Определенно, мы начнем со спальных комнат. С какими-то вещами благодаря моей магии я управлюсь легко, а кое-где придется по старинке – щетками и тряпками повозиться.

Жаль, я не была стихийником или боевым магом. Сражаться меня ни капли не прельщало, но вот управлять огнем я была бы не прочь. Увы, чего не было, того не было. Отапливаться мы будем обычными дровами.

– Марсия, – я жалобно посмотрела на горничную, – скажи, что ты умеешь топить печи и камины…

Она меня почти подбодрила:

– А то! Было бы чем…

Ее ответ побудил нас осмотреть все тщательнее.

И слава Силам Небесным.

Возле черного хода мы обнаружили неприметную дверку, защищенную руной, как оказалось ведущую в кладовую, где обнаружились кое-какие запасы. Не то чтобы очень разнообразные, но это было хотя что-то. Нужно будет проверить не испортилось ли масло, не завелся ли кто в муке…

Это было странно, но в отличие от столичных леди моего статуса, я могла не только снимать пробу с блюд, я умела готовить.

Навык этот был мной приобретен недобровольно, а вынужденно, когда меня в наказание за шалости приговорили к неделе на кухне."

"В то время пансион как раз собиралась навестить королева Эслинн, и из дворца нам прислали целого королевского повара. Мужчину грозного и сварливого, требовательного и громогласного. Меня он гонял и в хвост и гриву, как обычного поваренка.

Поначалу я огрызалась и ерепенилась, но в конце концов мне пришлось смириться. И когда нас направили на практику в детский приют, вместо того, чтобы развлекать детей и учить их читать, я выбрала помогать на кухне.

Видя, сколько бед хлебнули эти детки, я от души старалась побаловать их вкусненьким.

Так что перспектива испечь круассаны для задабривания старика Горганза меня не пугала вовсе.

Однако, как бы мы не радовались провианту, кроме пары совсем рассохшихся поленьев в дровянице топить было нечем.

– Я пока вас ждала, – вспомнила Марсия, – прогулялась вокруг дома. В конце заброшенного сада стоит какая-то сараюшка. Может, там что-то подходящее найдется.