От таких мужчин женщины голову теряют.

Он красив. Дико. Ядовито. Опасно. Дьявольски. Особенно сейчас, когда никакая щетина не мешает разглядеть идеальные черты лица. Подобное совершенство завораживает и устрашает, вынуждает содрогаться изнутри.

Не стоит обманываться, строить иллюзии, поддаваться очарованию миражей. Ангельская внешность скрывает натуру демона. Сомнения исключены.

Жесткое, пожалуй, даже жестокое выражение лица разрушает магию, быстро возвращает с небес на землю. Этот мужчина привык, что ему подчиняются. Моментально, беспрекословно. Во всем. Всегда.

И глаза у него ледяные. Пустые. Как холодный омут. Затягивают внутрь, волокут на самое дно, окунают в тягучие темные воды. Уничтожают, порабощают, пресекают сопротивление на корню.

— Простите, — судорожно сглатываю. — Вам лучше уйти.

Незнакомец широко ухмыляется, хищно скалит зубы. Ни тени веселья не замечаю, ничего светлого не улавливаю, не ощущаю. Подобное навевает лишь первобытный страх. Липкий, суеверный, леденящий душу. Страх, поражающий каждый мускул.

Спасения нет и не будет. Надежда сгорает дотла в холодном огне черных глаз.

— Я… я прошу вас выйти, — голос предательски срывается. — Это неприлично. Здесь женская раздевалка и…

Мужчина делает шаг вперед. Небрежно. Лениво. Так сытый зверь надвигается на добычу, разглядывает жертву, прикидывая, когда именно ее сожрать, в каком виде употребить. Чуть склоняет голову, изучает исподлобья.

Хочу удрать, однако тело отказывается подчиняться. Замираю точно вкопанная, не удается шевельнуться. Ноги немеют.

Громила подступает ближе. Жуть. Вроде и облачен в дорогой элегантный костюм, а выглядит как неандерталец. Воспринимается так. Пронизан неуловимой и давящей аурой. Варвар, пещерный человек. За свою собственность загрызет. В самом прямом смысле. Зубами рвать будет, вгрызется и не отдаст."

"— Твой парень взял в долг мои деньги, а я возьму тебя, — мрачно произносит он, окидывая меня выразительным взглядом, обдавая льдом с головы до ног.

Это первая фраза, которую я слышу от него.

Это первый раз, когда я вообще слышу его голос. Резкий, отрывистый, хриплый. И в то же время обволакивающий. Ощущение будто проводишь кончиками пальцев по шелку, а потом вдруг понимаешь, что под нежной тонкой тканью скрыты опасные и острые клыки, когти одержимого животного. Тебя либо приласкают, либо обглодают до костей.

— Нет, нет, — бормочу сдавленно, поспешно продолжаю: — Не может быть. Вы что-то перепутали… это какое-то недоразумение. Ошибка. У меня нет парня. Я ни с кем не встречаюсь и…

— Рот закрой, а то у меня член колом встает, — обрывает грубо и подходит вплотную, не прикасается, но обжигает обнаженную кожу одной лишь близостью.