— Но я… мы хотели сохранить семью…

— Сохранили, мать вашу! — переворачиваю с грохотом стол и откидываю кресло. — Молодцы! А толку?!

Мама закусывает губы, закрывает глаза и обнимает себя за плечи. Стекло на фотографии разбито.

— Мам, у меня очень велико желание скрутить Виту в бараний рог, — ослабляю галстук и раздраженно приглаживаю волосы. — Задавить ее, вынудить остаться, но в итоге я получу обезумевшую женщину. Ползать на коленях я не буду. Ну, не мое это, и я тебе дал четкий ответ почему. Еще вопросы?

— Что с ребенком? — мама смахивает слезы с щек и твердо смотрит на меня. — Ты его признаешь официально?

Глава 11. Как жизнь молодая?

У меня на личной банковской карте лежат деньги. Да, фактически, это деньги Артура, который ежемесячно выделял мне сумму на расходы, личные нужды и “купи себе что-нибудь красивенькое”, но сейчас я не в том положении, чтобы гордо закрывать счет и резать карты. Пойдут эти деньги не на кружевное белье и туфельки, а на мое убежище.

Буду считать это моральной компенсацией. Забавно, даже мой побег из дома мне обеспечил муж. Какой он у меня! Не мужик, а золото!

Плетусь я по улице уставшая и злая. Пока чемоданы ждут меня у соседки, я целый день потратила на звонки и осмотры комнат, квартир и… Треть из предложений — обман, часть — “дорого и клопы”, другие же хозяева просто не приехали.

Хочется плюнуть на все и затаиться дома. Артур же наше “уютное гнездышко” оставил мне. Вынесу из кухни стол и выкину его, чтобы не напоминал о том, с какой сладкой страстью мой муж любил другую женщину. Притормаживаю. Я только что прошла кафе, в котором чуть по глупости не отдалась молодому баристе.

— А я закрылся, загадочная незнакомка, — летит мне в спину беззаботный голос. — Но для тебя я сделаю исключение.

Разворачиваюсь. Стоит на крыльце. Лихой такой, в кожаной куртке, джинсах и ключами крутит на указательном пальце, громко бряцая ими.

— Привет, — улыбается во все тридцать два зуба.

На носу белый пластырь, а вокруг небольшой отек.

— Привет.

— Пойдем выпьем кофе, — решительно открывает дверь и распахивает ее. — Прошу.

— Но я…

— Я по одному виду человека могу сказать, когда ему нужна чашка кофе, — он хитро подмигивает мне, — и она тебе жизненно необходима.

— Все настолько плохо?

— Очень, — бариста кивает и легко смеется. — Ты когда прошла мимо, я подумал, начался зомби апокалипсис.

— И я, как и зомби, не отказалась бы от мозгов, которых у меня в дефиците, — устало поднимаюсь по ступеням.

Его молодость, энергия и беззаботность — то чего мне очень сейчас не хватает, а его заразительный смех пробуждает что-то светлое и легкое в груди.

Через пять минут передо мной стоит высокая стеклянная кружка с тем самым авторским кофе. Я делаю глоток и салфеткой вытираю пену с верхней губы.