Мы, запрыгнув в пролетку, покатили следом за агитатором и примерно через двадцать минут пути по столичным улочкам подъехали к двухэтажном дому на две парадные. Видимо, это дом на восемь квартир, примерно такие же часто встречал в своей прошлой жизни.

Агитаторы вошли во вторую парадную, а Лёха проследил, когда те зайдут в квартиру, так место нахождения было зафиксировано. Теперь осталось допросить Герценберга. Желательно так, чтобы нас с братьями при этом не смогли вычислить. У Никиты в пролетке лежала сумка, с маскировкой на такой случай, которая уже не раз нас выручала.

Пока Лёха наблюдал за домом, мы с Никитой преобразились: наклеили усы и бороды, поменяли одежду. Ждать ночи не стали. И, поднявшись на второй этаж, постучали в выбранную дверь. За дверью раздались шаги. Ключ в замке стал проворачиваться — дверь открыл сам Герценберг.

— Добрый вечер! — сказал он. — Вы к кому?

— Михаил Герценберг? — спросил я, немного состарив голос.

— Да, чем могу быть полезен?

— Мы от Моисея Соломоновича! — подключился Никита. Герценберг открыл рот, видимо, чтобы уточнить, кто это такой Моисей Соломонович, но ждать вопроса я не стал, а нанес ему удар по шее, от которого Миша сразу потерялся и стал сползать на пол по стене. Мы с братом быстро подхватили тело, и помогли ему бесшумно разместиться у двери. Достали пистолеты с глушителем и направились на проверку квартиры. В комнате за столом сидел спутник Герценберга, который недоуменно поднял на нас глаза. И что-то в его взгляде мне очень не понравилось…"

"Глава 3

Контрразведка Горских. Операция против английских агентов

Мы открыли дверь в кабинет, первый шаг сделал я, а за мной следом Никита. ПР-92 я держал с привинченным глушителем, вытянув руку и контролируя обстановку. За столом сидел крепкий мужчина средних лет с аккуратной бородой и сединой в волосах, перебирая ворох бумаг. Когда он услышал звук открывающейся двери, его лицо дрогнуло, а по взгляду я сразу определил волчью хватку матерого головореза. Нечасто я видел такой прожигающий взгляд, от которого по коже бежали мурашки.

Я целился прямо в голову мужчины, и в следующий миг произошло то, чего мы с Никитой никак не ожидали. Мистер Блэквуд молниеносным движением опрокинулся вбок, уходя с линии огня и выхватил пистолет, который, по-видимому, был закреплён под крышкой столешницы именно для подобного случая. Разворачиваясь, стал наводить ствол в мою сторону, а ждать, когда тот начнет палить, не было желания; поэтому я сразу выстрелил ему в руку с пистолетом. Выстрел, похожий на хлопок тем не менее в замкнутом пространстве раздался достаточно громко; надеюсь соседи не определят по звуку, и нам не придется ожидать городового.