Князь нахмурился, огонь в его руках слегка поутих. Он наклонил голову, изучая собеседника с хищным интересом хищника, почуявшего запах крови.

— Объясни, — коротко бросил он.

Граф сделал шаг вперёд, понизив голос до заговорщического шёпота:

— С удовольствием, Ваше Сиятельство.

Несколько минут Аристарх Никифорович слушал своего бывшего церемониймейстера с растущим интересом. По мере того как Михаил Фёдорович излагал свой план, пламя вокруг князя постепенно меняло цвет — от белого к оранжевому, затем к тёмно-красному.

— И что дальше? — князь подался вперёд, его глаза сузились.

— А дальше — Гон Бездушных, Ваше Сиятельство, — Сабуров не мог скрыть удовлетворения от собственной проницательности. — Небольшой острог в Пограничье не выдержит настоящего нашествия. Платонов получит искомое как раз вовремя, чтобы героически погибнуть, защищая свои владения. А если каким-то чудом выживет, то окажется полностью разорён попытками восстановить всё разрушенное. Да и выковырять его из своей треснувшей скорлупы с помощью армии не будет такой уж сложной задачей…

В глазах князя заплясали язычки пламени, но теперь они выражали не гнев, а нечто более зловещее — хищное предвкушение.

— Интересно, — протянул государь. — Очень интересно, Михаил. Ну вот, можешь же, когда стараешься! Значит, ты предлагаешь дать ему то, что он просит, чтобы это его же и погубило?

— Именно так, Ваше Сиятельство, — Михаил Фёдорович поклонился. — Иногда лучший способ уничтожить врага — исполнить все его желания.

* * *— Что именно рассказывают? — я крепче сжал трубку магофона, чувствуя, как напрягаются мышцы плеча.

В голосе Коршунова было что-то такое, что заставило меня насторожиться ещё сильнее.

— Больше всего информации дал один человек. Я нашёл мага, который пережил начало прошлого Гона не в укреплённом поселении, а в открытом поле, — Родион помолчал, подбирая слова. — Тогда ещё молодой парень был в составе исследовательской экспедиции Смоленской академии. Изучали аномальную зону возле деревни Красные Холмы, когда всё началось. Из двенадцати человек выжило трое.

— И что он рассказывает?

— Воевода, то, что я услышал… ядрёна-матрёна,— в трубке послышался шорох, словно Коршунов перекладывал бумаги. — Во-первых, во время Гона резко повышается магический фон. Настолько резко, что у магов башка трещит от перенасыщения энергией в воздухе. Но главное — Реликты начинают расти как бешеные. Чернотравы и Пустодрева выбрасывают новые побеги прямо на глазах.

Я нахмурился, представляя эту картину. Неконтролируемый рост магической флоры мог быть как благословением, так и проклятием.

— Некоторые княжества, — продолжал начальник разведки, — организуют целые экспедиции по сбору Реликтов во время и сразу после Гона.