— Иногда, — неуверенно ответила она. — Если установить контакт, я могу помочь человеку справиться с тревогой или страхом. В лечебнице я часто успокаивала других пленников после… процедур.

Я кивнул, чувствуя, как всё складывается.

— У меня есть предложение, — сказал я, наблюдая, как в её глазах загорается искра надежды. — Нам нужен человек с твоим Талантом в лазарете. Кто-то, кто может чувствовать состояние пациентов и помогать им справляться со страхом и болью.

— В лазарете? — она явно не ожидала такого поворота.

— Это не обязательно, — уверенно ответил я. — Наш главный врач, доктор Альбинони, обучит тебя необходимым навыкам. Главное — твой Талант и желание помогать.

— Доктор… Альбинони? — переспросила Анфиса с лёгким беспокойством. — Тот самый итальянец, который всё время вопит?

Я не смог сдержать улыбку.

— Он эмоциональный, это правда, но превосходный врач и хороший человек. И, между нами, давно мечтает о помощнице.

Девушка выглядела неуверенно, но я видел, что идея её заинтересовала.

— Пойдём, — я встал и протянул ей руку. — Просто поговорим с ним, а там решишь сама.

Когда мы вошли в наш импровизированный лазарет, Джованни Альбинони как раз заканчивал перевязку охотнику, порезавшему руку во время тренировки.

— Воевода собственной персоной! — воскликнул итальянец, заметив нас. — И с такой bellissima signorina! Какой сюрприз!

Его акцент становился сильнее, когда он волновался или радовался. Сейчас он был в приподнятом настроении — глаза сияли, а руки, как обычно, находились в постоянном движении.

— Джованни, это Анфиса, — представил я девушку. — У неё особый Талант — она чувствует эмоциональное состояние людей и может помочь им справиться со страхом и тревогой.

Альбинони застыл на секунду, а затем его лицо озарилось таким восторгом, словно я принёс ему величайший дар.

— Santa Madonna! — он всплеснул руками, едва не выронив бинты. — Это же невероятно! Эмпат! Настоящий эмпат в моём лазарете! Это… это чудесно!

Он подлетел к смущённой Анфисе и начал кружить вокруг неё, оживлённо жестикулируя:

— Вы понимаете, signorina, как это важно? Половина выздоровления — это настрой пациента! Я всегда говорил, что medicina должна лечить не только тело, но и душу! А вы… вы сможете видеть душу насквозь!"

"— Я не совсем… — попыталась возразить Анфиса, но итальянец уже не слушал.

— Представьте только! — он обращался теперь ко мне, но его взгляд постоянно возвращался к девушке.