Осталось лишь вдолбить им, куда рвать когти, если запахнет жареным.

Мы спешились и подошли ближе. Отец Макарий, заметив нас, передал своего деревянного «противника» помощнику и направился к нам. Несмотря на два часа активных тренировок, массивный священник выглядел совершенно не уставшим.

— Заканчиваем тренировку, — произнёс священник мелодичным голосом, решительно вытирая пот с широкого лба. — Труды их не напрасны, скажу честно. Даже старики да дети теперь знают, куда бить бесовское отродье и как уберечься от когтей нечисти.

— Как оцениваете их боеготовность? — поинтересовался я.

— С Божьей помощью против одиночного Трухляка выстоят твёрдо, особенно если плечом к плечу, как братья и сестры, — собеседник говорил с тихой уверенностью, поглаживая бороду огромной ладонью. — Против Стриги победы не ждите, но теперь знают, как замедлить тварь и безопасно отступить. Главное — страх, который есть начало всякого греха и поражения, ныне оставил их сердца.

Я кивнул, полностью удовлетворённый услышанным. Мы не ставили перед собой нереалистичную задачу превратить каждого земледельца в лютого убийцу Бздыхов.

Но теперь они хотя бы могли что-то противопоставить врагу в надежде, что основные силы успеют прибыть и уничтожить тварь.

С вершины западного холма я окинул взглядом всю проделанную работу. Мощная трёхуровневая система защиты сельскохозяйственных угодий была полностью воплощена в жизнь — дозорные вышки, засечные линии, патрульные отряды, магические извещатели и, самое главное, обученные люди, готовые действовать согласованно при любой опасности.

— Теперь крестьяне могут спокойно работать, — с удовлетворением произнёс я. — А это значит, что Угрюм будет с хлебом, что бы ни случилось.

Борис кивнул, и в его взгляде я заметил редкое для сурового охотника выражение — гордость. И он имел на неё полное право. Благодаря усилиям в том числе дружины под его командой, а также геомантов, артефакторов и всех жителей Угрюма наши поля теперь были неплохо защищены.

Возвращаясь в Угрюм, я ощущал глубокое удовлетворение. План, когда-то рождённый на холме, теперь обрёл материальное воплощение. И это была лишь часть наших приготовлений к грядущему Гону.

Глядя на людей, работающих на полях, я видел в них уже не жителей глухой окраины, обречённо плывущих по течению, а обитателей растущего острога, осознающих свою силу и место в общем деле.

Эта перемена, пожалуй, была важнее всех материальных укреплений, ведь настоящая сила любого поселения — в духе его жителей.

Мы успешно реализовали не только оборонительный периметр, но и полным ходом развивали инфраструктуру, увеличивали население. Добавились и новые территории под наш протекторат — буквально вчера прибыли гонцы с радостными новостями.