Согласна?

- Посмотрим, - приоткрыла дверь и заглянула в спальню к Грише. Сын сладко спит, подпирает щечку кулачком. Будить его жаль, но нужно, иначе ночью не уснет.

- Ты иди накрывай на стол, а я тут сама разберусь, - оттеснила меня Гела, едва я шагнула к кровати. - Иди, иди. Я троих воспитала.

- Ну и что, - сквозь сжатые зубы втянула воздух.

С каждой минутой ее присутствие напрягает меня все сильнее. Она командует мной, словно мы в прошлое вернулись, и я в ее доме прислуга.

Мама так никогда не делала. Мне было очень страшно рожать, я боялась, что не справлюсь с ребенком, от Гриши и на шаг отойти не могла, казалось, что я делаю все неправильно...

Мама мягко меня направляла.

А Гела...

- Так, ладно, - решилась. - Мы, наверное, поедем в гостиницу."

"- Это еще зачем? - повысила голос Гела, и Гриша тут же заворочался, отбросил одеяло. Гела посмотрела на него и начала кричать шепотом: - Тебе сейчас надо думать, как все решить мирно с Димитрием! И о сыновьях моих подумай! А ты чем занята? В моем лице врага ищешь. Все, что у нас с тобой неладно - мы потом потихоньку решим. А сейчас бери себя в руки, Маргарита.

- Ой, все, - не выдержала и отступила в коридор. Прижалась спиной к стене и мысленно приказала себе:

Хватит.

Спокойно.

Гела права.

Но это меня лишь еще больше бесит. Не хочется вспоминать Диму, видеться с ним, заниматься разводом. Пока я об этом не думаю - кажется, что все контролирую. Себя, сына... Я занимаюсь самообманом, но сил пока не хватает резко все разрубить, прошлую жизнь отрезать.

Святые котики.

Вздохнула, из коридора свернула в арку, оттуда в кухню. Бросила взгляд на часы - поздно уже.

Где Северские, почему так долго?

- Что маешься? - папа в кокетливом розовом фартуке, в белых варежках. Он наклонился и вытащил из духовки мясо.

Сглотнула.

Пахнет специями, и это так вкусно, что во рту собирается слюна.

Как же есть хочется.

Плюхнулась за стол. Вздрогнула, когда в прихожей хлопнула дверь и с любопытством повернулась. Младший, средний, старший?

- Поможешь на стол накрыть, дочка? - спросил папа.

- Я помогу, - отозвался Арес, что вырос в проеме. Он на ходу стянул пиджак и небрежно бросил его на спинку стула, потер руки: - Голодный, кабана съем. Привет, - наклонившись, он коснулся губами моей щеки.

- Кабана нет. Есть косуля.

- Откуда?

- Друг поделился, добытчик. На охоте были на выходных, - папа поморщился. - Я-то, признаться, никого не подстрелил. Не мое это. Вот рыбалку уважаю. На следующих выходных можно всем вместе собраться, Гришку возьмем тоже. А женщины наварят ухи. Вон там, в саду, - лопаткой он ткнул за окно, - уху на костре сделаем. Пальчики оближите.

- Можно, - с удовольствием согласился Арес. - Отметим в кругу семьи Ритин день Рождения.

Северский развернулся спиной к шкафу, звякнула посуда.