Чувствую себя не взрослым лбом, а натуральным мальчишкой, который беззаветно влюблён в самую классную девочку двора. Только ей не нужна эта любовь. Смириться с этим не получается, но я стараюсь, чтобы не усложнять ей жизнь. Я пообещал.

— Привет, — она открывает дверь, выдувая прядь светлых волос с лица.

— Здравствуй. Я хотел пообщаться на тему Карины… — она мгновенно напрягается и открывает дверь шире.

Внутри на полу валяются пакеты, в которых, очевидно, вещи. А посередине стоит доверху забитый раскрытый чемодан.

— Что-то случилось, Саш? — в голосе Юли тревога, а я хочу, чтобы это навсегда исчезло из её жизни.

И да, пусть не волшебник, но попытаться лишить её массы переживаний я в силах.

— Нет, успокойся, — она выдыхает и начинает с суетой собирать пакеты с пола, с тумбы.

— Юль? — хочу остановить, но она, лишь мельком взглянув на меня, продолжает это бессмысленное сейчас действо.

— Эй, у тебя всё нормально? — ловлю её руку, которая в очередной раз тянется к полу.

Наконец, любимая женщина замирает и смотрит на меня даже с неким испугом.

— Да, — она почти шепчет, оставляя пакеты на тумбе. — Чай будешь?

От предложения не отказываюсь, и мы вместе двигаемся в сторону кухни.

— Я переговорил с тем специалистом, к которому хочу отправить Карину, — Юля резко останавливается и кивает. — Хочу, чтобы мы вместе повезли её. Она… ты ей очень нужна, она сама не осознаёт, как скучает.

— Да, я ей звонила сегодня, — соглашается бывшая жена. — Спасибо тебе, Саш.

— За что? — хмурюсь.

— За то, что смог сдвинуть её. За то, что сказал ей те слова, у меня бы не вышло.

— Всё бы вышло, ты бы нащупала ту нить, — уверенно парирую, потому что не сомневаюсь.

Несмотря на разлуку и недопонимания, Карине нужна Юля. А Юле нужна Карина. И они смогли бы. Я в них обеих верю больше, чем в себя.

Она ставит две чашки чая на стол и садится напротив. Любуюсь её красотой, беспорядочной прической, собранной наспех, чтобы было удобно паковать вещи. Лёгким домашним комплектом одежды, в котором она выглядит особенно уютно. Такая домашняя и родная, что в груди вдруг щемит.

Рука сама тянется к груди, туда, где сердце. Наивно надеюсь, что это ослабит давление.

— Всё хорошо⁈

Она хмурится, и в голосе читается тревога. А я, как безумный, пользуюсь этим, впитывая в себя её эмоции.

— Может вызвать врача, Саш? — Юля даже с места привстаёт, когда я не отвечаю. — Воды налить? Или корвалол? Может б…

— Родная, — останавливаю её, и это вырывается самопроизвольно. Ненамеренно. Слетает с языка, будто как раньше.

— Только не говори, что всё в порядке, — мгновенно отвечает она.

Юля реагирует, как когда-то в прошлом.

Застываю, глядя на неё. И только теперь, когда слова уже озвучены, она осознаёт, что только что было.