— Что будем делать? Как мы докажем его измену? Сошлемся на то, что переодетый Лыков подслушал часть разговора?

— Для отставки без прошения этого вполне достаточно, — заявил командированный.

— Ой ли? Порфирий действительно скажет, что встречался с осведомителем. А Лыкову послышалось, — возразил Англиченков.

— Пусть тогда предъявит нам этого осведомителя. Лонись-Лонской не мелкая фигура, а полноценный «иван», черта с два придет он с нами знакомиться!

— Опять не факт, — покачал головой Блажков. — Освед может отказаться от встречи с другим чиновником полиции. Скажет: я доверяю только своему, а лишние знакомства — это лишние риски.

Сыщики поспорили, но ни к чему не пришли. Да, надзиратель разоблачен, его вина очевидна. Но явных доказательств измены нет. Если он сам не сознается, а, наоборот, станет защищаться, замучишься доказывать…

Алексей Николаевич нашел-таки выход. Он сказал:

— Лучшей уликой против Ракогона было бы появление бандитов в номерах. Они придут туда за Сергеем, а мы их встретим. После этого отпираться бессмысленно.

— Устроить пальбу на Большом проспекте? — осклабился Англиченков. — У меня там один должник живет. Педель, ставил мне в гимназии низкие баллы за поведение. Квартира как раз напротив номеров Лянде."

"— Хочешь ему в окошко стрельнуть под шумок? — предположил Лыков.

— Заслужил, околелый черт!

— Я тебе стрельну, балабол, — рассердился начальник. — Что о нас Алексей Николаич подумает?

— Я думаю, как на самом деле брать «царевских», — ответил питерец. — Рисковать жизнью Сергея Маноловича нельзя, он и без того по лезвию ходит.

— Ребята придут в номера, а там их встречу я, — хищно ухмыльнулся надзиратель. — Шмальну раз-другой в потолок. Вы подсобите из коридора. Сдадутся с перепугу!

— А если пойдут грудью на прорыв?

— Перестреляем к чертовой теще. Жалеть, что ли? Давно руки чешутся…

На этом секретное совещание закончилось. Коллежский советник сходил в картотеку и посмотрел материалы на Лонись-Лонского. Его звали Филипп Нецветайленко. Обыватель посада Азов смолоду ступил на кривую дорожку. За участие в ограблениях был на три года сослан в Енисейскую губернию. Бежал и поселился в Нахаловке, где сколотил банду из безработной молодежи. Умный, изобретательный, любящий сложные схемы отъема денег, Филипп поступил на службу к «царям». Григорий выделил его, поручив разработку крупных дел. Мошенничества, подделка документов, масштабные кражи на железной дороге — вот профиль Лонись-Лонского. По непроверенным данным, он организовал в Новочеркасске продажу липовых переводных билетов на заграничные банки. Тонкая работа, это не кошельки на улице срезать! Еще Лонской участвовал в преступлении, которое только что вскрыли в Москве и Одессе.