Очнувшись, он посмотрел на Светланку. Та лежала на спине, чуть поодаль, повернув к нему голову и держа его за руку. Почувствовав его движение, открыла глаза и улыбнулась.

Повернулся на бок, пальцами провел по самой кромке ее волос.

— М-и-и-лая моя… Светик… нет таких больше…

Та развернулась к нему, погладила по щеке:

— Твоя… Сереженька, твоя… ой, как хорошо, что я твоя…

И умолкла, глядя на него светящимися глазами.

— Светка, я… я не знаю, как тебе… хорошо сделать…

Светка тихо, глубоко засмеялась.

— Дурачок ты мой… Просто будь рядом, и все…

— Ох… и он, подвинувшись ближе, опять уложил голову девушки себе на плечо.

Так он полежали немного, замерев, а потом Света высвободилась и потянулась:

— Сереж… помыться надо бы…

Тот чуть напрягся:

— В душ?

— Нет… Пошли на озеро, рассвет уже, вода теплая…

Он вылезли в открытое окно, бегом, смеясь, добежали до озера. Сережка с разбегу нырнул, а вынырнув, увидел, что Светланка, быстро сделавшая свои дела, стоит на мелководье, задумчиво грызя сорванную по дороге травинку, и с улыбкой любуется им.

Выходя из воды, он взял ее за руку, но на самой кромке она вдруг высвободилась. Он сел на песок, а Света, улыбнувшись ему через плечо, вдруг начала танец, держа ритм щелчками пальцев. Из-за мимолетной тучи на горизонте выглянули первые лучи солнца, осветив ее всю, и Сережке показалось, что от его Светланки исходит слабое, но заметное сияние.

Воспоминания об этом рассветном танце белоголовой, юной, любящей его женщины потом много раз помогали Сергею в его долгой, не очень простой и очень богатой событиями жизни. Напоминая о том, что счастье — точно есть, и значит жить — точно стоит.

Оттанцевав, со смехом шлепнулась на песок рядом с ним, увидела, что он вполне готов к новому акту любви, подняла его на ноги.

Рукой смыла с них песок и потянула Сережу назад, в комнату, на уже, наверное, успевшие высохнуть в теплой июльской ночи простыни.

Но, стоило им залезть в окно, вдруг остановила его, встала перед ним на колени и, подняв глаза, хитро улыбнувшись, не очень умело взяла его палочку в рот и принялась ласкать. А Сережка, умом понимая, что Светке в этом деле еще далеко до его мамы, буквально подвывал от удовольствия, притягивая ее голову к себе руками, и кончил быстро и обильно, и Светка, довольная, глядя на него смеющимися глазами, запила лакомство минералкой прямо из горлышка бутылки.

Потом они упали на кровать, тихо смеясь, обнялись и, сами не заметив когда, так и заснули, обнаженные и совершенно счастливые.

********Они не знали, сколько они спали в эту ночь, но проснулись, отдохнувшие и свежие, около одиннадцати, когда тяжелая июльская жара еще не полностью вступила в свои права.

Посмотрели друг на друга, засмеялись и опять вылезли в окно.