В груди расползлось мягкое тепло – я скучала и так рада была ее видеть."

"Высокая, худощавая, такая элегантная в своем строгом брючном костюме и короткой норковой шубе, она была похожа на модель, сошедшую со страниц модного журнала, и совсем не тянула на женщину, которой сегодня исполнялось пятьдесят. Я покосилась на своего водителя – Хабиб перестал улыбаться, цепко всматриваясь в будущую тещу, поджидающую нас у парадной лестницы. Линия и без того твердого подбородка прорисовалась четче, взгляд потяжелел и стал задумчивым. Это хорошо – возможно, видя её вживую, он решает заново составить мнение о самом моем близком человеке.

Внутри у меня тревожно и с тихой надеждой натянулось. Очень хотелось, чтобы все прошло хорошо.

– Милая, как я рада, что ты вырвалась! – мама бросилась ко мне с широко раскрытыми объятиями, стоило только выйти из машины. Крепко стиснула меня своими тонкими руками, обдавая запахом духов и нежа приятным щекотанием норкового меха. Бросила быстрый взгляд мне за спину и отступила на шаг, поправляясь, – ВЫ выбрались....

Лучезарно улыбнулась, смотря мне за плечо.

– Здравствуйте, Хабиб. Алсу Рашидовна, очень рада с вами познакомиться! Мадина много о вас рассказывала…

– Я тоже. Рад, – Хабиб обогнул машину и встал прямо за мной, небрежно положив руку мне на талию и одним движением притягивая к себе.

Мои лопатки вжались в его горячую грудь. Стало волнительно тепло и одновременно неловко. Мама проследила за ладонью Хабиба, крепко впечатывавшийся в мою талию, на секунду нахмурилась – она не любила проявлений чувств на людях, но быстро взяла себя в руки, подняв глаза на его лицо и вежливо улыбаясь.

– Доченька, – это было немного странно, что обращалась она ко мне, а поглядывала при этом на Хабиба, – Вы устали наверно с дороги? Я распорядилась вам гостевой домик подготовить, чтобы вы себя у нас не чувствовали стесненными. Обед там Нина Николаевна на кухне оставила. Думаю, все найдете. А мне бежать надо, у меня салон, это же ничего? Не обидишься на меня?

И наконец перевела на меня виноватый взгляд.

– Мам, конечно, беги! Я все понимаю. Во сколько ужин? Где?

– Прием в восемь в ""Альтере"". Но я думаю к семи уже вернусь – все вместе поедем, хорошо?

– Да, конечно. А Вадим Львович? – я отошла от Хабиба и обняла маму, которая сразу как-то расслабилась и более искренне заулыбалась. Ласковым движением провела пальцами по моим волосам.

– Красивая ты у меня, – тише заговорила, – Прямо светишься вся…

Бросила еще один быстрый взгляд на Хабиба и хитро подмигнула. Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Приятно. Приятно и тепло мне от нее.

– У Вадима дела какие-то, не знаю.