Но было ясно, что скоро нам придётся отступать. Нет, не скоро, а немедленно! Со всех сторон к нам неслись оборотни-враги, а сверху обрушились летучие мыши. Но в школе за нами внимательно следили. С крыши в небо тут же полетели пять красных огненных мечей – сигнальные ракеты! – и минимум половина мышей пустились наутёк. И пара наземных оборотней тоже в испуге убежали прочь – наверное, они выросли в зверином обличье. Остальные растерянно оглядывались, сбитые с толку ярким светом.

– Бежим! – крикнул я товарищам, и мы помчались прямиком к школе, возвышающейся перед нами зубчатым утесом. Там нас уже ждали Тео и Итан – чтобы открыть нам двери и снова их забаррикадировать.

Но до школы я не добрался. Мощный удар сбил меня с ног, а потом кто-то навалился на меня и вжал в траву – хищная кошка, нет, даже две. Видимо, они прыгнули на меня вместе.

Передо мной возвышалась ещё одна хищная кошка – огромный самец пумы. Он совершенно спокойно подошёл ко мне и взглянул на меня сверху вниз."

"– Вот мы и встретились, – услышал я у себя в голове громкий резкий голос Эндрю Миллинга. – Добро пожаловать, предатель!

Именем Совета

Тикаани первая заметила, что я не бегу вслед за ней, и развернулась назад, оскалив клыки, чтобы защищать меня до последней капли крови.

– Беги! – зарычал я на неё. А мне ведь так хотелось закричать от страха и позвать её на помощь! – Слишком опасно! Прячьтесь!

Эндрю Миллинг не удостоил моих убегающих друзей ни малейшего внимания. Плавным упругим шагом он беззвучно ходил передо мной взад-вперёд, а его телохранители – тоже пумы – сторожили меня, готовые в любой момент сломать мне хребет или перекусить глотку.

– Я не предатель, – удалось мне кое-как выдавить из себя. – Я всего лишь действовал, как мне подсказывала моя совесть!

– Это ты-то не предатель? Сейчас умру от смеха! – Но Эндрю Миллинг и не думал смеяться – он нанёс мне мощный удар лапой. Я почувствовал, как разорвалось ухо и на лбу появились глубокие следы от когтей. Кровь стекала по морде мне в пасть. – Ты хочешь, чтобы я перечислил твои прегрешения? – продолжил Миллинг. – Ты выдал мои планы людям и оборотням, а я ведь был твоим наставником и хотел во всём тебе помогать! После моего Великого дня мести люди бы нас боялись. И мы могли бы потребовать от них чего угодно – чтобы они перестали охотиться, чтобы лучше обращались с животными, чтобы признали наше превосходство и отдали нам власть над миром – мы могли бы потребовать всё! Но из-за тебя этот день прошёл не так, как планировалось, и ты мне за это ответишь!

Я попытался подняться, невзирая на тяжесть двух лежащих на мне пум, – не хотел валяться перед ним в пыли.

– Вы нападали на детей… Приказали нападать.